Форум » Alma-mater » Морское инженерное училище (продолжение) » Ответить

Морское инженерное училище (продолжение)

И.Р.: Спортивные занятия в МИУ. После русско-японской войны 1904-1905 г.г. особое внимание было обращено на физическую подготовку будущих офицеров. Надо заметить, что до этого, в Морском инженерном училище императора Николая I, физподготовка существовала лишь в виде утренней гимнастики, да и то не всегда обязательной. Для обучения присылались ежедневно два “стрелка-гимнастера”, занимавшиеся гимнастикой в ротных помещениях только с теми воспитанниками, “которые не желали это время проводить на воздухе”. “Причины физического недоразвития и слабости корпуса офицеров легко объяснимы и в то же время легко устранимы. Стоит только взглянуть на самих себя и на способ комплектования наших рядов из Морского корпуса и Морского инженерного училища... До сих пор сплошь и рядом в интеллигентных семействах, из которых берутся будущие флотские офицеры и инженер-механики, физическое развитие поставлено ниже всякой критики... Поэтому мальчики и юноши, подлежащие поступлению в Морской корпус и Морское инженерное училище, представляют собой очень неважный материал”. Что же касается самих учебных заведений, то “стоит только взять ежедневное расписание занятий и мы увидим, насколько ничтожное место занимает забота о физическом воспитании будущих офицеров”. Впрочем, отсутствие обязательных занятий по физподготовке отнюдь не говорило об отсутствии интереса к спорту. Инженер-механик В.П.Орлов вспоминал: “Не прошло и нескольких недель, как Валя обратил наше внимание необходимость быть физически сильным. Сразу же были приобретены штанги, гири и т.п. для выжимания. Увлечение охватило всех нас; к тому же (годом нас моложе) “козерог” Прохоров, кораблестроительного отдела, показал нам приемы бокса. Манежем для тренировки избрали заднюю курилку в 3-м этаже, с асфальтовым полом, что было очень жестко при французской борьбе. Все это спаяло всех тесно. Действительно, к концу учебного года у многих из нас появились и бицепсы, и гибкость, и стройность и здоровье... Летнее плавание мы совершали на крейсере “Стрелок”... Кроме занятий по специальности мы обучались гребле, управлению парусами и конечно плаванию”. В 1897 году, при обсуждении (между Морским ведомством и Департаментом полиции) вопроса о допуске воспитанников морских учебных заведений в различные общества, разрешение было дано только лишь для кружков физического развития, “дабы тем не отвлекать их от прямых своих учебных обязанностей”. Появлению регулярных спортивных занятий в училище немало способствовал перевод инженер-механиков флота в военные чины. В связи с этим, в октябре 1905 г., был объявлен приказ об усилении военной подготовки воспитанников училища. В состав этой подготовки, среди прочего, вошли: стрельба, фехтование, военная гимнастика, управление гребными судами и обучение пехотному строю. В действительности все это было введено лишь с 1907 года, причем фехтованием, сначала, разрешалось заниматься по желанию. Большое распространение с 1909 года получила так называемая “сокольская” гимнастика, которую воспитанники называли “гимнастическим балетом”. С 1912 года преподавателями гимнастики в училище назначались исключительно офицеры, окончившие офицерскую фехтовальную школу. В неделю проводилось два часовых урока “в рядах общей гимнастики и на машинах”. Регулярные занятия фехтованием - по 1 часу в неделю в старшем классе - начались с 1910 года. Обучение стрельбе и управлению гребными судами проводилось во время летней корабельной практики. Кроме чисто спортивных дисциплин, к разряду физических упражнений в училище относили строевые занятия и танцы. Строевой подготовкой, введенной зимой 1907 года, занимался каждый класс, по 2 часа в неделю. С 1909 года стали устраивать военные прогулки, во время которых весь личный состав с оружием дефилировал по улицам Кронштадта под музыку портового оркестра. “Бодрый воинский вид гардемарин – писала местная пресса - свидетельствует об успехах в училище строевого обучения, впрочем уже неоднократно заслужившего одобрения высшего морского начальства на бывших парадах Морского инженерного училища”. Танцы в число обязательных занятий не входили, но существовали в училище издавна и привлекали много воспитанников. Вел их, на протяжении многих лет, артист Имп. театров М.Федоров. В зимнее время любимейшим занятием воспитанников было катание на коньках, благо под окнами училища, на Итальянском пруду, устраивался шикарный городской каток. С наступлением теплых дней воспитанники часто играли в городки, ездили на велосипедах, а в Петербурге посещали скетинг-ринги. Во дворе училища была устроена т.н. “гимнастика” - деревянное сооружение со спортивными снарядами - кольцами, шестом, канатом, лестницами, трапецией . И, наконец, нельзя не отметить увлечения набиравшим тогда популярность футболом. “Сознание необходимости подмены здоровой работы на палубах и мачтах каким-либо спортом - писал контр-адмирал Б.П.Дудоров - постепенно проникало в среду наиболее вдумчивых представителей командного состава и значительная заслуга в осуществлении этих начинаний на Балтийском флоте принадлежала молодому офицеру - инженер-механику старшему лейтенанту И.Волхонскому, уже в стенах Морского инженерного училища Императора Николая I, организовавшего из его гардемарин первую морскую футбольную команду”. В августе 1912 года “Кронштадтский вестник” сообщал своим читателям: “В учебном отряде морского корпуса, на судах которого плавают гардемарины и кадеты морского корпуса и инженерного училища, состоялся ряд спортивных состязаний... В г. Балтийском-порту на атлетическом поле морского корпуса состоялся впервые большой спортивный праздник. В программу праздника входили бег на 100 м, на 1000 м и эстафетный, прыжки в высоту и в длину, бег в мешках и на одной ноге и многое другое... В заключение состоялась игра в футбол между гардемаринами морского корпуса и инженерного училища. Результат игры 2:1 в пользу морского корпуса...” Незадолго до I мировой войны физическая подготовка в мужских учебных заведениях всех ведомств была взята под особый контроль. Общее наблюдение за ней и руководство, а также принятие мер к объединению деятельности частных физкультурных обществ, император возложил на командира Л.-Гв. Гусарского полка ген.-майора Воейкова. На присланном им в МИУ опросном листе, начальство, помимо прочего, отмечало, что “о влиянии физических упражнений на физическое и нравственное развитие учащихся наблюдений врачом не проводится”. Для поощрения воспитанников военно-учебных заведений за успехи в физической подготовке, приказом по военно-учебным заведениям Военн. вед. №141 от 16.12.1909 был учрежден специальный призовой жетон, носившийся на мундире в виде брелока. Морской министр, ознакомившись с приказом, признал желательным установить подобное отличие и для воспитанников морских учебных заведений. Только 19.04.1912 (пр. по м.в.№105) было объявлено о распространении приказа по военно-учебным заведениям на морские учебные заведения. При этом никаких указаний на изменение внешнего вида жетона сделано не было. Таким образом, если точно следовать описанию 1909 года, жетон МИУ должен был представлять собой серебряную пластинку в виде ромба с черной эмалевой накладкой по цвету погон, с золоченым на ней лавровым венком и золочеными инициалами, присвоенными училищу на погонах, т.е. с вензелем императора Николая I под короной и накладным якорем. По краю жетона - красная кайма по цвету выпушек на погонах, а между черной накладкой и каймой - серебряный просвет пластинки, кстати соответствующий цвету галуна у воспитанников училища. Надо отметить, что в училище был разработан и собственный проект спортивного жетона. В приказе отмечалось, что в МИУ жетоны должны были выдаваться за успехи воспитанников по гимнастике, плаванию, стрельбе из ружей и стрельбе из револьверов. При этом число ежегодно выдаваемых жетонов не могло превышать четырех. Гардемарины, получившие жетон, сохраняли право на его ношение и по выходе в офицеры. Сведения о награждении спортивными жетонами заносились в послужные списки офицеров. Сведений о проведении в училище соревнований по плаванию (с награждением победителей жетонами) не имеется, хотя известно, что во время летней практики обучение плаванию производилось. Кроме состязаний по гимнастике и стрельбе, выпускники училища с 1913 г. сдавали экзамены по фехтованию и рубке. Призами служили сабля (за фехтование) и кортик (за рубку), сведения о которых также заносились в послужной список. Вероятно, с началом войны и ускоренными выпусками из училища, спортивные соревнования и выдача жетонов не проводились. Реальные образцы спортивных жетонов в настоящее время не обнаружены.

Ответов - 12

a-v-p: Lot Здравствуйте! Пишет вам капитан-лейтенант запаса Огромное спасибо создателям такого замечательного форума! Сейчас мне уже 70 лет. Когда мне было 6 лет, мы вместе с моей бабушкой - Верой Петровной Мартысюк, неоднократно обращались в Адмиралтейство в Ленинграде с просьбой узнать что-либо о ее родном брате - гардемарине Мартысюк Павле Петровиче. Он проходил службу на крейсере Орел. Последнее письмо от него пришло из Японии во время первой мировой войны и больше от него вестей не было. В Адмиралтействе, к сожалению, ничем не могли помочь. И вот, к счастью, я прочитал, что о его судьбе хоть что-то известно. У меня есть его фото в детстве и его фото перед поступлением в училище Я зарегистрировался на сайте (a-v-p) и послал обе фотографии в службу поддержки Его сестры Мартысюк Софья Петровна ум. В 1921 г. Мартысюк Вера Петровна ум. в 1984 г. Брат Мартысюк Сергей Петрович (был директором Крымской ГЛОС) Мать – Мартюсюк Софья Романовна, ум. В 1961 г. в возрасте 95 лет. Жила вместе с нами На фото он вместе с ними и отцом. слева С уважением, Александр Владимирович ploshinsky@mail.ru

Dirk: Уважаемый Александр Владимирович! Сведения из книги: Крицкий Н.Н., Буяков А.М. Владивостокские гардемарины (Обеспечение Сибирской флотилией корабельной практики гардемарин учебных заведений морского ведомства в 1915 - 1917 гг. Владивостокское морское училище 1918 - 1920 гг.) Владивосток, 2000. С. 131: "МАРТЫСЮК Павел Петрович (? - ?), гардемарин. В составе 3-й роты ОГК 03.10.1917 г. убыл для прохождения практики на ДВ. С 12.11.1917 г. в загран. плавании на ВКР "Орел". 16.01.1919 г. прибыл с эшелоном гардемарин на п/х "Пенза" во Владивосток. 18.01.1919 г. лишен звания гардемарина и отчислен с военно-морской службы. Проживал в СССР. О дальнейшей судьбе сведений нет". Ранее Lot писал: "Прибывшие из Сайгона на п/х Пенза 16.01.1919. ...Лишаются звания гардемарин и отчисляются с военно-морской службы … 48. Мартысюк Павел". Он же предполагал, что Мартысюк ранее учился в МИУ, но это сомнительно. На конец 1916 г. П.П. Мартысюк не значится ни в Морском училище (МУ), ни в Отдельных гардемаринских классах (ОГК). Думаю, что в Российском государственном архиве Военно-Морского Флота скорее всего будут сведения о его поступлении (могут быть сведения об отце, метрическая выпись, сведения о ранее полученном образовании, но может не быть ничего). Но вот о дальнейшей судьбе - едва ли...

Lot: Мартысюк Павел Петрович поступил в ОГК летом 1917г. В плавании на Орле числился во 2-ой вахта, 8-ой смене. После событий в Гонконге часть гардемарин списалась по различным соображениям с корабля сразу, часть гардемарин списались позже (3 списания) и ушли к Семёнову. А часть продолжили обучение в кап Сан-Жак (Cap st. Jasques), Сайгон. И вернулись в МУ во Владивосток на п/х «Пенза» 16.01.1919г. Всего на Пензе прибыло 48 человек и среди них Мартысюк П.П. Но, по ряду причин, часть гардемарин была отчислена из МУ, в том числе и Мартысюк Павел Петрович. Дальнейшая его судьба мне пока не известна. А вот фото хотелось бы увидеть. С уважением, Lot.

Alchel: По Белавенецу И. М. - Бюллетени «ВЫПУСК МОРСКОГО УЧИЛИЩА 1920 ГОДА. Спустя 30 лет». "...Доктор Пономарёв узнал о тяжелом положении Афросимова и написал ему письмо из Владивостока с приглашением приехать в Морской Госпиталь во Владивостоке, на операцию, куда Афросимов и прибыл под чужой фамилией, так как Владивосток был в красных руках. Операцию сделали благополучно, и Бобка начал поправляться. Мартысюк служил у красных. Он не выдал Афросимова и помог ему деньгами, едой и одеждой..." Дело происходит в конце 1920 - начале 1921 г.г. Афросимов - соплаватель Мартысюка на "Орле".

Spanthout: stem пишет: А.В.Самойлов (сын зав. Школой музыкантов-учеников БФ В.И.Самойлова) окончил младший, 4-й класс механического отдела училища и был уволен 23.07.1909. А известна дата рождения Самойлова?

Dirk: Spanthout пишет: А известна дата рождения Самойлова? Пожалуйста! Вот данные по всей семье самоубивца В.И. Самойлова: Жена: Лидия Карловна, ур. Шульд, дочь полковника. Лютеранка. Дети: Андриан (30.11.1888), Татьяна (23.09.1890), Ирина (16.04.1898), Антонина (19.04.1901), Галина (09.05.1904).

Spanthout: Ув. Dirk, спасибо. Так, Василий Иванович в 1910 г. по собственной воле распрощался с жизнью?

Dirk: Ну, почти по собственной... Он был привлечён к суду за растрату 7049 руб. 55 коп. Застрелился в своём кабинете, обнаружен в 7 ч утра 08.10.1910. Погребён на Митрофаниевском кладбище. Интересно, что вдова в ноябре 1926 г. просила дать справку о службе мужа для предоставления в Ленинградский Губсобес на предмет исходатайствования пенсии. Ну, ей и дали - с указанием причины смерти и точной суммы недостачи. Не думаю, что она что-то получила...

boxer: Увжаемые коллеги ! Интересует прохождение службы в РИФ инж.-механика СОКОЛОВА Ивана Васильевича 1891г р. предп. вып. МИУ 1913г. С уважением Вох.

stem: Из Соколовых в МИУ: 1904 -Виктор Петрович 1910 - Владимир Арсеньевич 1913 - Николай Тимофеевич 1916 - Александр Владимирович были еще из ''студентов'' - Соколов А.В. (1904) и Соколов Г.И. (1915)

boxer: Спасибо, уважаемый коллега!

kerbyol: Ищу когда был назначен Владимир Николаевич Брикке на крейсер "Аскольд". Последнее, что указано в его послужном списке : В Марте и/или Мае 1918 г. он на "Аскольде" и в Мурманске. Эвакуировался в Бизерту на "Кронштадте". В семейном архиве Ивана Николаевича Брикке (племянник В.Н) нет данных с начала 1917 г. до Бизерты. С уважением!



полная версия страницы