Форум » Первая мировая война » Моряки в боях на сухопутном фронте » Ответить

Моряки в боях на сухопутном фронте

wessel88: Статья моего хорошего товарища Александра Кибовского из свежего номера "Цейхгауза".

Ответов - 29

bratishka: Уважаемые друзья! Эта статья - фактически небольшой кусочек из альбома по истории морской пехоты, о котором я Вам неоднократно рассказывал. К сожалению, статью сдал в печать еще весной, и поэтому не успел учесть некоторые подробности, обсуждавшиеся на форуме, в частности о дате назначения Матусевича начальником Отряда. Буду очень признателен за Ваши отклики и замечания по этому варианту, чтобы учесть и поправить все в альбоме. С уважением, Автор статьи

wessel88: Саша, статья замечательная в любом случае, очень познавательная.

ТуземецЪ: На иллюстрации черкеска изображена неправильно.На черкесках не было разреза, как на шинели,т.е .длинного до талии, а два небольших с боков сзади.

bratishka: Ваша правда. Причем, что интересно - у переднего нарисовано практически правильно, а у заднего точно по центру. Спасибо за замечание. Исправим на компьютере.

oficer: Здравствуйте, коллеги. Статьи Александра Кибовского, я бы даже сказал, просто уникальные. Такой объем военно-исторических знаний вряк ли кто-то еще имеет. Стараюсь собирать все его публикации, но у нас в Крыму это достаточно трудно. Никак не могу достать его статьи из Цейхгауза 21 по атрибутации военного портрета. Может кто-то даст его координаты для связи. Мы в Крыму с позапрошлого года выпускаем иллюстрированный, русскоязычны, военно-историческом журнале «Military Крым». Журнал, освещает военную историю Крыма в противовес новой украинской истории. В нашем журнале (№№ 2,3 и 4), опубликованы материалы по морской пехоте Черноморского флота 1941,1942 и 1944г.г.

Dmitry_N: Может, просто статью дать? http://militarist.milua.org/books/21.pdf.zip Адреса для связи известны, но лучше пусть он сам даст - он сюда заходит, прочитает Ваше сообщение и сам даст

ABP_TOR: В воспоминаниях Кузнецова Бориса Михайловича ( Б.М. Кузнецов. 1918 год в Дагестане. Нью-Йорк. 1960.) http://xxl3.ru/belie/dagestan.htm есть немного о концовке пребывания матросов -пулеметчиков в 1-м Дагестанском полку Полковник князь Тарковский приказом по Кавказскому Туземному корпусу (Владикавказ) от 1 ноября 1917 года был назначен командиром 1-го Дагестанского конного полка, расположенного после Корниловского движения на Петроград в слободе Хасав-Юрт, к северу от Петровска. Фактически Хасав-Юрт был больше любого уездного города. Это был административный центр округа, ставка начальника округа и большой торговый центр по продаже пшеницы. Кругом было немало богатых русских селений крестьян-переселенцев и немецких колонистов, но они были окружены местным населением, большинство которых составляли кумыки, аварцы, салатавии и ауховцы. Сам Хасав-Юрт был занят большим гарнизоном из запасных солдат и пограничным полком, пришедшим с Кавказского фронта. Дагестанский полк к этому времени тоже начал разлагаться под влиянием комитета полка, состоящего из пулеметчиков, бывших матросов Балтийского флота. Одним словом, надо было скорее выводить полк из гнезда анархии, привести его в Темир-Хан-Шуру, переформировать и с ним, как с ядром, создать воинскую часть, способную начать военные действия против большевиков. Задача нелегкая, но князь Тарковский, благодаря своему авторитету среди горцев и опыту, приобретенному им до войны в бытность штаб-офицером для поручений при ряде военных губернаторов Дагестана, справился с этой задачей и в короткий срок перевел полк в Т.-Х.-Шуру, избавившись предварительно от большевистского элемента.

bratishka: Да, да, именно так все и было. Более того, матросы сыграли свою роль и в Корниловские дни 1917 г. Именно они первыми перешли на сторону Временного Правительства. Кроме того, они привели с собой к вагонам своих друзей-братишек из Балтийских экипажей - красу и гордость революции, вместе с которыми нарисовались и агитаторы всех мастей.

wessel88: Попался рисунок на тему видимо агитации Дикой дивизии летом 1917-го.

архивист: Решил выложить здесь, название этой ветки подходит больше: Приказ по ФЛОТУ и МОРСКОМУ ВЕДОМСТВУ Марта 10 дня 1916 года, № 40. Из числа частей указанных в приказе по Флоту и Морскому ведомству от 14.2.1915 за № 67, в настоящее время участвуют на сухопутном театре военных действий и несут гарнизонную службу в морской крепости Императора Петра Великого, нижепоименованные части: Отдельный батальон Гвардейского экипажа. Морской полк Особого назначения. Отдельная морская бригада в составе 4-х полков. Кадровый морской батальон Балтийского флота. Первый батальон Черноморского флота. Экспедиция Особого назначения. Отряд Балтийского флота при Кавказской туземной конной дивизии. Подрывная партия Балтийского флота в составе 5-й армии Подписал: Морской Министр, Генерал-Адъютант Григорович. Приказ № 67 был выложен мной здесь: http://kortic.borda.ru/?1-15-0-00000004-000-0-0 С уважением, Олег.

Голицын: А когда был сформирован отдельный Ревельский Морской батальон смерти? Лето 1917?

Александр: Командир эскадренного миноносца Гавриил капитан 2 ранга П. О. Шишко 29.09.1917 назначен командиром Ревельского морского батальона смерти, о чём донёс начальнику обороны Рижского залива. С неизменным уважением, А.

Голицын: Ревельский батальон с июля 1917 в боях под Ригой. В Ревель его отвели на доукомплектование. Шишко назначили командиром в день выступления из Ревеля на Моон. Интересна точная дата приказа на формирование.

wildcat: А вот еще кое-что из свеженького Цейхгауза. Дополнение автором своей статьи.

wildcat:

архивист: Боевой состав войск подчиненных командующему флотом Балтийского моря на 1.6.1916 Морская крепость Императора Петра Великого Морского Ведомства: Артиллерия Сухопутного фронта (584 орудия, 160 пулеметов) 1,2,3 и 6 легкие батареи и парк Полевой артиллерийской бригады (24 скорострельных орудия) 2-й Морской тяжелый артиллерийский дивизион (4 Х 12» орудия) Крепостная саперная рота (8 офицеров, 168 строевых н.ч.) Крепостная телеграфная рота (10 офицеров, 314 строевых н.ч.) Крепостная воздухоплавательная рота (10 офицеров, 682 строевых н.ч.) Крепостная железнодорожная рота (5 офицеров, 170 строевых н.ч.) Крепостная автомобильная рота (формируется) Крепостной авиационный отряд (5 офицеров, 150 строевых н.ч.) Военного ведомства: 2-я бригада 107-й пехотной дивизии: 427 пех. Пудожский полк (59 офицеров, 2821 штыков, 4 пулемета) 428 пех. Лодейнопольский полк (63 офицера, 2754 штыка, 4 пулемета) Ревельский пограничный конный дивизион (16 офицеров, 515 шашек, 2 пулемета) Ковенская крепостная телеграфная рота (7 офицеров, 298 строевых н.ч.) Моонзундская позиция: Морского ведомства: Отдельная морская бригада: 1-й Морской полк (36 офицеров, 2311 штыков,10 пулеметов) 2-й Морской полк (34 офицеров, 2225 штыков,10 пулеметов) 3-й Морской полк (34 офицеров, 2203 штыков,10 пулеметов) 4-й Морской полк (34 офицеров, 2175 штыков,10 пулеметов) Отдельный Морской легкий артиллерийский дивизион (16 скорострельных 77 мм германских орудий) 1,2,3,4 запряженные пулеметные команды (16 пулеметов) Военного ведомства: 1-я бригада 107-й пехотной дивизии: 425 пех. Каргопольский полк (52 офицера, 2857 штыков, 4 пулемета) 426 пех. Повенецский полк (54 офицера, 2871 штыка, 4 пулемета) Аренсбургский пограничный конный дивизион (12 офицеров, 446 шашек, 2 пулемета) Свеаборгская крепость: Военного ведомства: Крепостная артиллерия (501 орудий, 52 пулемета) 116 пехотная дивизия: 461 пех. Зубцовский полк (55 офицеров, 2839 штыков, 4 пулемета) 462 пех. Старицкий полк (55 офицеров, 2839 штыков, 8 пулемета) 463 пех. Краснохолмский полк (66 офицеров, 2839 штыков, 2 пулемета) 464 пех. Селигерский полк (55 офицеров, 2839 штыков, 4 пулемета) 1-я крепостная саперная рота (5 офицеров, 199 строевых н.ч.) 2-я крепостная саперная рота (14 офицеров, 270 строевых н.ч.) Крепостная телеграфная рота (9 офицеров, 259 строевых н.ч.) Крепостная воздухоплавательная рота (7 офицеров, 262 строевых н.ч.) Свеаборгский минный батальон (25 офицеров, 466 строевых н.ч.) Або-Оландская укрепленная позиция Морского ведомства: Оландский Морской батальон (7 офицеров, 441 штык) 4 и 5 легкие батареи Полевой артиллерийской бригады (12 скорострельных орудия) Военного ведомства: Полк Офицерской стрелковой школы (69 офицеров, 2786 штыков, 34 пулемета) Части находящиеся в командировке: в 5-й армии - 1-й Морской тяжелый артиллерийский дивизион в 12-й армии – две роты Артиллерии Сухопутного фронта Морской крепости Императора Петра Великого

Dirk: Реанимация темы... Список офицеров Речной флотилии Отдельной морской бригады особого назначения, 01.09.1916: ДЕ-ЛИВРОН, капитан 1 ранга, врид начальника флотилии ИЛЬЮТОВИЧ, инж.-мех. Капитан 1 ранга, флагманский инженер-механик МАКСИМОВ 4-й [Александр Порфирьевич], капитан 2 ранга, помощник н-ка флотилии по строевой части ЧИКОЛЕВ, старший лейтенант, пом-к н-ка флотилии по хозяйственной части ХЛЮСТИН 2-й, лейтенант, старший флаг-офицер СВОБОДИН, лейтенант, командир 1-й группы катеров ЗАГОРЯНСКИЙ-Кисель, мичман, командир 2-й группы катеров ОЛЬШЕВСКИЙ, лейтенант, командир 3-й группы катеров НАСЛЕДЫШЕВ, подпоручик, к-р 4-й группы катеров (бронированных) ЧАЛЕНКО, прапорщик, к-р 5-й группы катеров (бронированных) ДУТЕ, прапорщик, к-р 6-й группы катеров (бронированных) ЮРЬЕВ [Александр Владимирович], прапорщик флота, к-р 7-й группы катеров ХИЖИНСКИЙ [Павел Николаевич], лейтенант, командир роты гребных судов БУРДАЙ, поручик по Адмиралтейству, младший инженер-механик ИСАЕВ, подпоручик по Адм., командир нестроевой роты ЛИСЯКОВ, прапорщик, командир роты плавучих батарей СОЛТЫК [Стефан Тимонович], прапорщик, радиотелеграфный офицер АРЕНС, подпоручик по Адм., младший офицер 1-й группы катеров ЗАСОСОВ, лекарь, старший врач АЗОВ, лекарь, младший врач ГЕРЦО-ВИНОГРАДСКИЙ, титулярный советник, казначей НИГАЙ, прапорщик, радиотелеграфный офицер КУШЛЯНСКИЙ, прапорщик, радиотелеграфный офицер РГАВМФ. Ф. 947. Оп. 1. Д. 488.

Рамзес: Алексей - а случаем нет подобных данных по флотилии с раскидкой катеров из ее состава по группам. С БКА кое - что получается найти а вот с той кучей моторных что были в ее составе полный завал. Мало того что набирались с бору по сосенке так еще и перебрасывали их с реки на реку. Если верить польским данным минимум один из них мог даже до войны 1939 г дожить - довольно интересная инфа из тех краев появилась недавно. Только в списке их трофеев 19 года есть русские имена из флотилии которые в известных работах Черникова не упоминаются. А имея полное впечатление что было - гораздо проще искать куда потом делось. Заранее благодарено хотя и знаю что в розысках упор больше не "железу" а человеческим судьбам.

Тритон: Рамзес. Есть это все у меня, вот только времени сесть за обработку нет. Группы катеров ведь часто меняли состав. Вообще то надо сделать отдельную ветку "Отдельная Морская бригада Особого назначения".

Рамзес: Тритон - Алексей (Гайдук) завел на Цусиме ветку по речникам в 1 МВ. Только я почему - то не большой ее поклонник (Цусимы - не темы разумеется). Вы же прекрасно знаете тема ну уж на очень большого любителя и ценителя. Кроме меня да Вас из посетителей форумов пожалуй Гайдук да ВВЯ + временами еще Панцеркампфвагеныч и можно сказать УСЕ. Интересного там масса конечно - вот тока круг этих "революционеров" уже чем у Герцена. В среднем в каждой из стран где что - то свое озерно - речное имелось есть 1 -2 настоящих любителя (это по опыту общения с Польшей - прибалтами - болгарами) и остальным либо не интересно либо сказать нечего. Абыдно Аднака. У некоторых из этих малышей судьбы покруче чем у линкоров закручены были и флаги меняли будь здоров. Ну не сочтите за полный флуд и пессимизм. Так что у новой ветки опять писателей будет 2 -3 (если 4 -5 уже хорошо) человека. С таким успехом можно просто что - то старое и известное продолжать где участники и так прогнозируемы.

СВЯЗИСТ: Очень интересует боевая работа флотилии 5-й армии на Западной Двине. Ищу статью Гордеев С Брсневые катера 5-й армии. Военная быль, 1994 г. Заранее благодарю !

aden13: СВЯЗИСТ Обратитесь к автору (Тритону), думаю он не откажет.

aden13: Поговорил со Стасом, обещал сегодня-завтра выложить

Тритон: Броневые катера 5-й армии Появление у Военного Ведомства судов было вызвано развернувшимися в последней четверти XIX века реконструкцией и строительством приморских крепостей России. В Европейской части страны это были: Кронштадт, Выборг, Свеаборг, Усть-Двинск, Либава, Очаков, Севастополь, Керчь Михайловская (Батум). В зависимости от класса крепости, каждое из существовавших в ней управлений имело 1-2 парохода и 1-3 паровых или моторных катера (только Кронштадская крепость отличалась от остальных большим количеством судов). Суда были не специальной постройки, слабосильные, плохо приспособленные для выполнения возложенных на них задач, в ряде крепостей - просто старые, о чем Коменданты крепостей постоянно посылали рапорты в Главное Крепостное Управление и Главное Инженерное Управление. Ситуация стала меняться только после 1910 года, когда было принято решение о развитии укреплений всех приморских крепостей (вопреки первоначальному решению об их упразднении, были упразднены только Либава, Керчь - где тем не менее осталась минная рота, - и, частично, Михайловская) и о постройке Морской Крепости Императора Петра Великого (Ревель), в дальнейшем переданной в Морское Ведомство. Все крепостные управления стали получать построенные на отечественных заводах или за границей новые пароходы, паровые и моторные катера. Еще больше их строилось или планировалось к постройке. Крепости должны были иметь подводные лодки (Кронштадт), большие и малые минные заградители, ледлколы, кабельные пароходы и катера, буксиры, паромы и т.д. Правда, все они не несли никакого артиллерийского вооружения, так как считалось, что в бой с неприятелем им вступать не придется (оно появилось на судах уже в ходе войны). На реках Европейской части России Военное Ведомство имело по нескольку пароходов в Донском, Кубанском и Уральском Казачьих войсках, а также Новогеоргиевский речной Военный порт, который должен был обслуживать Вислинскую и Наревскую речные минные роты и, в случае необходимости, переправы через реки Висла и Нарев. Для этого он имел 9 паровых паромов, 1 ледокол, 1 транспорт (бывшая канонерская лодка Вислинской флотилии) и 7 паровых катеров. Все эти суда также не имели никакого вооружения. Сложившаяся после начала войны оперативная обстановка и конфигурация фронта потребовали дополнительно мобилизовать на Висле 32 частных парохода и создать на Немане в Ковенской крепости из мобилизованных пароходов и катеров флотилию. Часть паромов и пароходов как на Висле, так и на Немане была вооружена мелкокалиберными скорострельными орудиями и пулеметами. Суда образовавшихся (хотя официально они так не назывались) флотилий занимались перевозкой войск, боеприпасов, снаряжения, материалов для оборонительных работ, эвакуацией раненых, ограниченно поддерживали навигацию в интересах местных властей и предпренимателей. Вооруженные суда периодически производили обстрел немецких позиций и батарей по заявкам русского командования и были готовы к боям с появившейся вражеской речной флотилией, состоявшей из вооруженных пароходов и катеров. Но ни прямых столкновений, ни перестрелок между флотилиями не случилось. 3 парома на Висле и 7 пароходов на Немане были переданы прибывшим в Действующую армию 1-му и 2-му отдельным батальонам Гвардейского экипажа, которые совершали с них постановку минных заграждений из морских мин. Но мобилизованные коммерческие пароходы по ряду причин оказались малоэффективными для ведения активных боевых действий. Поэтому поданный стоявшим на учете Петроградского Тылового Эвакуационного пункта 3-го понтонного батальона подполковником Неговским 18 февраля 1915 года в Главное Военно-Техническое Управление доклад о необходимости создания специальной речной флотилии на реках фронта Действующей армии с приложением проектов речной флотилии (с указанием состава судов, штата личного состава, вооружения и снаряжения) и канонерской лодки для рек Западного района, - вызвал в ГВТУ интерес. Запрос о создании речных броневых отрядов был послан Военному Министру, в Штаб Верховного Главнокомандующего и в Генеральный Штаб, где он встретил полное понимание и поддержку. Решено было создать 3 речных броневых отряда, по числу важнейших в военном отношении речных районов: Неманского, Бобро-Наревского и Вислинского. Каждый речной броневой отряд должен был состоять из 3 речных бронированных канонерских лодок, 6 бронированных моторных катеров-разведчиков, 6 бронированных моторных дозорных катеров, 6 моторных посыльных катеров, 2 речных бронированных транспортов и 4 деревянных шлюпок-тральщиков с забортными двигателями. Планировалось, что суда должны действовать подобно бронеавтомобилям на шоссейных дорогах и блиндированным поездам на железных дорогах. 13 июня 1915 года Военный Совет рассмотрел предложение ГВТУ о заказе боевых судов для речных броневых отрядов (ГВТУ предварительно разослало запросы в 20 русских фирм о возможности проектирования и строительства судов) и утвердил его. После этого вскоре были сделаны заказы на суда. Все речные канонерские лодки (в количестве 9) взялось построить Акционерное Общество Металлургических, Механических и Судостроительных заводов “Беккер и Ко.”в Ревеле, взяв за основу проект корабельного инженера штабс-капитана Грауэна. Бронированные катера-разведчики поделили между собой Судостроительный завод “К.О.Ревенского” в Одессе (14 катеров) и Техническая контора “Бюро Вега” (Боргосская яхтенная верфь)(4 катера). Все 18 бронированных дозорных катеров (вместе с 30 полубронированными лодками для моторно-понтонных батальонов) были заказаны в Америке, так как изготовление таковых в России, принимая во внимание необходимость приобретения для них моторов за границей, не оправдывалось ни в стоимости, ни во времени. Посыльные катера и шлюпки-тральщики решено было приобрести покупкой. Все заводы, получившие заказы, активно начали строительство, но пока оно шло, реки, для которых предназначались речные броневые отряды, оказались в тылу противника. Тем не менее суда спешно продолжали строить, и одновременно ГВТУ решало их дальнейшую судьбу. В конечном итоге было решено не строить бронированные транспорты, а остальные суда использовать для формируемых моторно-понтонных батальонов. Эти батальоны, исходя из опыта войны, было решено сформировать для каждой из Действующих армий с целью устройства и содержания на больших реках тяжелых моторных понтонных армейских мостов до постройки временных мостов. Для их охранения и отчасти самостоятельных боевых действий и было решено придать им некоторое количество охранных боевых судов. Всего решено было сформировать 12 таких батальонов, из них 1 запасной в Петрограде при Офицерской Электро-Технической Школе. К 19 марта 1916 года уже были готовы 4 бронированных катера-разведчика (“Бюро Вега”), 18 посыльных катеров и 12 шлюпок-тральщиков, которые находились в портах Финляндии. В Петроградском порту в ящиках стояли 18 бронированных дозорных катеров, доставленных из Америки через Владивосток на транспортах, а затем через всю Россию по Великому Сибирскому пути. 29 февраля 1916 года Начальник Штаба Верховного Главнокомандующего обратился к помощнику Военного Министра с просьбой о передаче на Западный фронт в распоряжение Командира Морского полка генерал-майора Мазурова всех готовых к тому моменту заказанных ГВТУ специальных моторных речных катеров, защищенных противопульной броней, для усиления организуемой им флотилии. Во исполнение этого, Главным Управлением Генерального Штаба были даны распоряжения ГВТУ о передаче на фронт в кратчайший срок 16 дозорных броневых катеров вместе с 4 офицерами и 98 нижними чинами из Запасного моторно-понтонного батальона. 2 дозорных броневых катера было решено оставить в этом батальоне в Петрограде для организации занятий с личным составом для подготовки специалистов. Но отправка броневых катеров в распоряжение генерал-майора Мазурова в Мозырь неожиданно затянулась из-за перехода Запасного моторно-понтонного батальона из подчинения Начальника Офицерской Электро-Технической Школы в подчинение Инспектора Инженерной части Петроградского военного округа. Эта передача привела к тому, что батальон, не имевший еще достаточно технических средств и подготовленных специалистов, не мог сразу приступить к приведению катеров в порядок после совершенного ими пути из Америки в Россию и к подготовке их к отправке. В кончном итоге, отправка катеров состоялась тремя партиями по 4 катера: 26 мая, 6 и 11 июня 1916 года. Еще 4 катера по распоряжению Ставки были отправлены 26 мая 1916 года в распоряжение 5-й Армии, так как в полосе ее обороны появились неприятельские моторные лодки. Эти 4 дозорных бронированных катера и составили Взвод Броневых Катеров 19-го армейского корпуса 5-й Армии. Взвод бронированных катеров был сформирован в период с 10 по 26 мая 1916 года распоряжением Начальника ГВТУ при 3-й минно-подрывной роте Запасного электро-технического батальона при Офицерской Электро-Технической Школе. Катера прибыли в Двинск 29 мая 1916 года и первоначально (6 июля) временно поступили в распоряжение начальника 14-й кавалерийской дивизии. Их базой была определена Двинская Погулянка. Взвод должен был выполнять следующие задачи: 1. Препятствовать возможной переправе неприятеля через Западную Двину; 2. Способствовать переправе своих войск; 3. Нести дозорную службу; 4. Препятствовать передвижению неприятельских сил вблизи берега; 5. Способствовать наведению мостов через реку. Взвод прибыл в 5-ю Армию в составе одного офицера и 24 нижних чинов. Позже из 3-й минно-подрывной роты было дополнительно прислано 8 нижних чинов. Из полков 19-го Армейского корпуса к взводу прикомандировали одного офицера (подпоручик Севастьянюк) и 22 нижних чинов, когда либо работавших на реке. Всего во взводе числилось 2 офицера и 54 нижних чина. Командиром был назначен прапорщик Симановский. Как уже говорилось, взвод состоял из четырех бронированных дозорных катеров №№ 8, 9, 10 и 11 постройки завода Стерлинга (Америка), длиной 9 м, шириной 2,7 метра и осадкой 0,6 метра с двигателем системы Стерлинга в 85 лошадиных сил. Вооружение первоначально состояло из одного пулемета системы “Максим” во вращающейся башне. Позже на фронте каждый катер дополнительно вооружили еще одним пулеметом “Максим” на станке системы Виккерса. Необходимо отметить, что из Америки катера поступили без вооружения, с бойницей в башне под пулемет системы “Кольт”, и их пришлось переделывать. Катера были защищены противопульной броней в 4-5 мм. Команда состояла из 7-8 человек. Сразу по прибытии на место начались неприятности. При подготовке катеров выяснилось, что один из них прибыл без магнето и таким образом сразу вышел из строя. В середине июля на другом катере сломалась динамо-машина, которую пришлось отправить для ремонта в Петроград. Из-за этого катер простоял без движения около двух месяцев и был готов только тогда, когда на фронте снова наступило затишье. Остальные катера стали активно осваивать Западную Двину, готовясь к выполнению возложенных на них задач в будущих боях. Это пригодилось в августе, когда войска корпуса развернули бои за деревню Глаудан и фольварк Горный. В них взвод участвовал, находясь уже во временном подчинении (до 31 августа) 1-й кавалерийской дивизии, сменившей 14-ю кавалерийскую дивизию. Документально зафиксировано участие в боях бронированного катера № 8 (старшина катера младший унтер-офицер Василий Карпов). Так, 16 августа днем вблизи острова Глаудан он попал под обстрел противника, но благополучно вышел из-под него. А 29 августа катер погиб. Произошло это так. Катер находился на дежурстве в распоряжении коменданта острова Глаудан прапорщика Ларионова. Команда катера в количестве 8 человек при наступлении немцев на деревню Глаудан и фольварк Горный попросилась у него вступить в бой. И в восьмом часу вечера 29 августа под сильным артиллерийским и пулеметным огнем противника катер вышел севернее острова и обстрелял из пулемета двигавшиеся по берегу колонны немцев, наступавших на правый фланг наших войск у реки. Неожиданный пулеметный огонь с реки рассеял неприятельские колонны, нанес им большой урон и прекратил движение неприятеля по берегу. Минут через 25 одна из неприятельских пуль пробила водоотводную трубку пулемета, и для исправления этого повреждения катер отошел под укрытие высокого берега острова Глаудан. Исправив под обстрелом повреждения, команда катера вновь собралась выйти в бой, но в это время 6-дюймовый неприятельский снаряд пробил верх броневого укрытия катера и, не разорвавшись, пробил противоположный борт у ватерлинии. Катер перевернулся и затонул, при этом два нижних чина были убиты и два ранены. Остальная команда выплыла на берег, доставив туда же раненых и закрепив затонувший катер к берегу канатом. К затонувшему на глубине двух сажен катеру для его охраны прапорщиком Симановским была приставлена команда из нижних чинов взвода. Тогда же положение катера было им осмотрено и выработан план подъема катера из воды. 8 сентября от взвода броневых катеров была послана усиленная команда для подготовки катера к подъему. 9 сентября катер был перевернут посланной командой, так как лежал кверху дном, и подтащен на одну сажень от его первоначального положения ближе к берегу, причем из броневого укрытия был извлечен пулемет и трупы погибших в бою старшего машиниста рядового Петра Бурченко и пулеметчика рядового Николая Струнова. В ночь с 9 на 10 сентября на остров Глаудан были доставлены технические средства для подъема катера, предоставленные Начальником работ по постройке мостов через реку Западную Двину инженером Войткевичем, и в течение ночи и дня 10 сентября под руководством прапорщика Симановского при содействии командированного инженером Войткевичем десятника Эрбса катер был поднят командой взвода броневых катеров из воды и поставлен на берегу острова Глаудан. 11 сентября на пробоину был наложен пластырь из войлока и брезента, и под укрытием темной ночи нижние чины взвода под руководством прапорщика Симановского бечевой вывели катер из сферы неприятельского наблюдения. Взятый на буксир легким моторным катером, броневой катер был доставлен в Двинскую Погулянку. Все работы по подъему, починке и выводу катера с острова Глаудан происходили в сфере неприятельского наблюдения, причем остров, река и берег против острова Глаудан обстреливались неприятельской артиллерией и ружейным огнем. Все нижние чины, участвовавшие в бою и работе по подъему катера, в том числе и десятник Эрбс, были награждены Георгиевскими крестами и медалями. Всего было награждено: Георгиевским крестом 4-й степени - 20 человек, Георгиевской медалью 3-й степени - 10 человек, Георгиевской медалью 4-й степени - 24 человека и медалью “За усердие” на Станиславской ленте - 36 человек. Командующим 1-й кавалерийской дивизией была отмечена прекрасная боевая и вспомогательная работа взвода. Приказами по войскам 5-й Армии № 817 от 18 августа и № 893 от 7 сентября взвод броневых катеров был подчинен в строевом, хозяйственном и техническом отношениях командиру 5-го Броневого Автомобильного дивизиона, оставаясь в оперативном отношении при штабе 19-го Армейского корпуса. После боев в конце августа 1916 года боевая работа взвода закончилась. Это объясняется как вновь наступившим затишьем на этом участке фронта 5-й Армии, так и нежеланием командования рисковать оставшимися в строю двумя броневыми катерами. До конца навигации продолжали активно использоваться на посыльной и разъездной службе только легкие катера взвода (№№ 2, 7 и 14) и Штаба 5-й Армии (№№ 5 и 15). Эти катера прибыли на Западную Двину: легкие катера №№ 2, 5, 14 и 15 в конце августа, а посыльный катер № 7 - в конце августа(????????) 23 октября был отправлен на ремонт в Петроград в Запасной электро-технический батальон броневой катер № 8, который и прибыл туда 7 ноября 1916 года. Остальные броневые катера согласно телеграмме Начальника Штаба 19-го армейского корпуса и приказу командира 5-го Броневого Автомобильного дивизиона от 17 ноября 1916 года были переведены на зимнюю стоянку в город Двинск и вытащены на берег для зимнего хранения. Легкие катера еще некоторое время стояли у пристани Штаба корпуса на случай экстренной надобности, но в конце ноября и они присоединились к броневым. Личный состав взвода сразу приступил к зимнему ремонту катеров, но выяснилось, что моторы катеров очень изношены, и своими силами на месте их отремонтировать невозможно. До такого состояния моторы катеров были доведены из-за небрежности и неопытности мотористов, так как моторы системы “Стерлинг” были очень мало распространены в России, а также отсутствием к ним необходимых запасных частей и ремонтной мастерской, о посылке которой в Двинск велась долгая и бесплодная переписка, начавшаяся почти сразу после прибытия катеров на фронт. Положение не смогло выправить даже снятие с отправленного в ремонт броневого катера № 8 динамо-машины, магнето, аккумулятора и других частей. Поэтому 7 января 1917 года в Петроград на ремонт были отправлены моторы броневых катеров №№ 9 и 10 и легких катеров №№ 7 и 14. Ремонт должен был быть закончен через месяц. В таком состоянии взвод броневых катеров встретил Февральскую революцию. На 24 февраля в нем числилось 4 броневых катера (из них один на ремонте в Петрограде), 2 легких катера, 8 пулеметов “Максим”, один офицер и 50 нижних чинов. В первое время как будто ничего не изменилось: личный состав установил отремонтированные в Петрограде двигатели, закончил к началу навигации ремонт всех катеров, как и в других частях фронта в нем был избран Комитет, нарушителей дисциплины и дезертиров не было. Но в начале апреля разразился конфликт между личным составом взвода и его командиром прапорщиком Симановским. Ему были предъявлены обвинения “в противозаконии, произволе, поощрении физических наказаний, противодействию введению нового строя, несоответствии слов и дела, несоответствии занимаемой должности как специалиста и в чрезмерной суровости, проводимой без снисхождения”. Для разбора этого конфликта было собрано 11 апреля особое совещание из 3 офицеров и 6 солдат 5-го Броневого Автомобильного дивизиона, которое, выслушав доклад Комитета взвода Броневых Катеров и объяснения прапорщика Симановского, постановило, что из всех обвинений его можно считать виновным только в чрезмерной суровости, “проводимой без снисхождения”, а потому, во избежание эксцессов между прапорщиком Симановским и командой, он во взводе оставаться не может, а в 5-м Броневом Автомобильном дивизионе может. Но 12 апреля Симановский убыл в командировку в Петроград и назад уже не вернулся, оставшись в Запасном электро-техническом батальоне Офицерской Электро-Технической Школы. Исполнять должность командира взвода стал подпоручик Марков. В июне 1917 года взвод был подчинен командиру 5-й отдельной минно-подрывной роты Морского Ведомства, в подчинении которого и оставался до конца своего существования. 30 июня, согласно его предписанию, к приемке взвода приступил кондуктор флота (с 25 июля 1917 года подпоручик по Адмиралтейству) Николай Серебренников (назначен командиром 16 июля) из 2-го Балтийского флотского экипажа, опытный моряк, грамотный специалист, болеющий душой за порученное ему дело. Он нашел взвод технически в очень плохом состоянии: только броневые катера №№ 9 и 10 находились в трехчасовой готовности, а броневой катер № 11, легкие катера №№ 7 и 14 и моторная шлюпка № 1 (моторные шлюпки №№ 1 и 2 поступили во взвод в середине апреля 1917 года) были совершенно неисправны и требовали серьезного ремонта. Как и Симановский, Серебренников считал, что к такому состоянию взвод привел недостаток опытных специалистов по обращению с моторами, небрежное отношение к моторам и катерам (исключение составляла приемная команда), отсутствие инструментов, материалов и мастерской для ремонта. Как бы в подтверждение этого, от небрежного и неумелого обращения моториста с мотором, 20 июля на легком катере № 14 во время пробы мотора произошел пожар, при этом слегка пострадал рядовой Кобзев. Пожар через 15 минут был потушен. Повреждения катера, к счастью, оказались незначительными, но он вышел из строя. Тем не менее, громадным усилием личного состава взвода, ремонт катеров (за исключением легкого катера № 7, на котором разлетелась цепь для пускания мотора) был закончен к 22 июля. Никаких антиправительственных и антивоенных явлений во взводе не наблюдалось. “Люди были верны присяге и Временному Правительству, проникнуты сознанием долга сражаться с врагом”, дезертиров не было. Но в середине августа команда взвода начала оказывать сопротивление при проведении в жизнь приказов по поднятию боеспособности армии - в них солдаты усматривали покушение на их права свободного гражданина. Только путем длительных объяснений, а иногда приказаний в самой категорической форме, с привлечением Комитета, оказавшего подпоручику Серебренникову полное содействие, приказы выполнялись. Тем не менее, командир считал настроение в команде удовлетворительным, а взвод пока боеспособным. О падении дисциплины говорит и случай во время проведения практической пулеметной стрельбы броневыми катерами №№ 9, 10 и 11, состоявшейся 16 августа 1917 года. Стрельба проводилась по мишеням на левом берегу реки Западная Двина, в 5-6 верстах от господского двора “Юзефов”, вверх по течению от Двинска. Катер № 10 отстрелял отлично, № 9 - удовлетворительно из-за дефекта пулеметной установки, а катер № 11 участия в стрельбе не принял из-за вспыхнувшего на нем пожара от небрежного и неумелого обращения с мотором. Серьезных повреждений пожар не причинил (обгорела лишь проводка у мотора), но только благодаря самоотверженным действиям подпрапорщика Ушакова и рядовых Гусева и Правушкина, которые, невзирая на явную опасность для жизни при возможном взрыве баков с бензином, около которых был очаг огня, первыми бросились спасать катер, работали все время с полным хладнокровием и тем подали пример другим. Катер № 9 на обратном пути сел на мель, и у него сломался по старой сварке гребной вал. Оба катера выбыли из строя. На 22 августа взвод состоял из 2 офицеров и 78 солдат, 3 броневых катеров №№ 9, 10 и 11 (из них 2 в ремонте), 6 легких катеров №№ 38, 78, 83, 96, 7 и 14 (из них 3 в ремонте) и 2 моторных шлюпок №№ 1 и 2. В случае боя и отступления (о наступлении говорить уже не приходилось) вперед должны были пойти легкие катера №№ 83 и 78, взяв на буксир неисправные легкие катера №№ 7 и 14, моторную шлюпку № 2, бензин, масло и что возможно из склада и мастерской. Легкий катер № 38 отправляется в распоряжение 5-й отдельной минно-подрывной роты для взрыва мостов. Легкий катер № 96 стоит у пристани, в готовности подать помощь в случае порчи какого-либо из броневых катеров, взяв его на буксир. Броневой катер № 9, в случае невозможности буксировки, взорвать после снятия с него вооружения и мотора, который будет использован как запасные части к моторам броневых катеров №№ 10 и 11. Моторная шлюпка № 1 отправляется в распоряжение Штаба 19-го армейского корпуса. Бронированные катера №№ 10 и 11 были готовы к бою, но их моторы не внушали (особенно у катера № 10) доверия из-за длительного отсутствия капитального ремонта. 26 августа погиб легкий катер № 83 (бывший буксирный катер “Red Star”, реквизированный в Финляндии). Согласно предписанию командира 5-й отдельной минно-подрывной роты, он был отправлен вверх по реке Западная Двина для буксировки баржи. Около понтонного моста у местечка Разоликик произошла остановка мотора. Из-за халатного отношения к своим обязанностям старшины катера, весла оказались на барже, управлять катером и подойти к берегу было невозможно, катер развернуло и особенно сильным в этом месте течением нанесло на баржу наплавного моста. От сильного удара бортом, находящаяся на нем бочка с бензином, весом около 30 пудов, переместилась на противоположный борт и перевернула катер. К месту гибели легкого катера № 83 для его розыска и поднятия был послан с командой и броневым катером № 10 младший офицер роты прапорщик Каубиш. Работы велись до 10 сентября, но кроме установки над местом гибели катера буйка сделать ничего не удалось из-за высокой воды, сильного течения, а главное - отсутствия средств для подъема. Катер исключен из списков 12 декабря 1917 года. 29 августа в город Полоцк для дальнейшей отправки в ремонт и в зимнюю базу город Витебск были отправлены броневые катера №№ 9 и 11, легкие катера №№ 78 и 14 и моторная шлюпка № 1. В Двинске остались броневой катер № 10, легкие катера №№ 38 и 96, моторная шлюпка № 2 и неисправный легкий катер № 7 ввиду невозможности отбуксировать его по реке. Но подпоручик Серебренников просил отправить в тыл и оставшиеся катера, отчасти из-за опасения потерять их в случае отступления армии, но больше из-за разложения личного состава взвода, который, по его мнению, за редким исключением должен был быть списан и заменен новым. 27 сентября в Витебск прибыли отправляемые в ремонт броневые катера №№ 9 и 11, легкие катера №№ 7, 14, 38 и 78, моторная шлюпка № 2 и прикомандированные ко взводу катера Штаба 5-й Армии №№ 5 и 15. В это же время во взвод прибыл легкий катер № 80. Броневой катер № 8 к этому времени был уже отремонтирован, но оставался в Петрограде - отправлять его при сложившемся в 5-й Армии положении не имело смысла. Стремясь сохранить суда, командование стало отправлять их в тыл на ремонт. На 25 ноября 1917 года броневые катера №№ 9, 10 и 11, легкие катера №№ 78 и 80 и моторная шлюпка № 2 находились в Пскове; броневой катер № 8, легкие катера №№ 7 и 14 - в Петрограде на Судовой базе ГВТУ; легкие катера №№ 38 и 96 и моторная шлюпка № 1 - в Витебске с оставшимся личным составом взвода в количестве 26 человек. Остальные убыли вместе с катерами или находились в отпуске, несколько человек дезертировало. 7 декабря 1917 года на общем собрании взвода состоялись выборы командного состава взвода. Командиром остался подпоручик по Адмиралтейству Н. Серебренников, его помощниками были избраны прапорщики И. Каубиш и Е. Ушаков. С 27 февраля 1918 года взвод броневых катеров начинает расформировываться. В нем остались служить уже как вольнонаемные 16 человек. Ими и были переданы Витебскому Губернскому Совету Крестьянских, Солдатских и Рабочих депутатов оставшиеся во взводе легкие катера №№ 38 и 96, вооружение и имущество. 15 апреля 1918 года взвод броневых катеров был расформирован и прекратил существование. О дальнейшей судьбе входивших во взвод катеров известно мало. Все катера, находившиеся в Пскове, в феврале 1918 года были захвачены занявшими город немцами. По эстонским данным, в 1918 году в состав немецкой судоходной группы на Чудском и Псковском озерах входили 2 катера, принадлежавших ранее Военному Ведомству, которые затем вошли в состав Чудского дивизиона кораблей ВМС Эстонии в качестве вспомогательных судов под названиями “Кыу” и “Мару”. В состав второго отряда флотилии Советской Латвии входил катер “Буффало”, принятый (согласно справочнику “Корабли и вспомогательные суда Советского Военно-морского флота (1917-1927 гг.)”. -М., 1981. С. 438) от взвода броневых катеров 5-й Армии 13 марта 1919 года и перечисленный затем в состав Западно-Двинской флотилии в феврале 1920 года. Этим катером, видимо, является легкий катер № 96, так как именно на нем стоял мотор системы “Буффало”. Судьба остальных катеров пока неизвестна. В заключение надо отметить следущее: 1. Взвод броневых катеров в кампанию 1916 года возложенные на него при формировании задачи в целом выполнил. Действия катеров привели к тому, что немцы в районе острова Глаудан вынуждены были установить специальные противокатерные батареи. 2.Бой катера № 8, состоявшийся 29 августа 1916 года, является первым известным на сегодняшний день эпизодом боевого применения русского речного бронекатера специальной постройки. 3. Дозорные броневые катера оказались довольно удачными боевыми судами, в целом соответствующими возложенным на них задачам, однако этот новый для Русской армии тип малого речного боевого корабля имел целый ряд технических недостатков и слабое вооружение. К этому стоит добавить, что бронированные дозорные катера данного типа в последующем входили в состав речных и озерных флотилий не только России и СССР, но и целого ряда других государств - Германии, Украины, Польши и - как уже отмечалось - Эстонии. Некоторые из них принимали участие в боевых действиях на Онежском озере, реках Припять и Днепр в период Гражданской и Великой Отечественной войн. От себя хочу добавить, что это была моя первая печатная работа, в которой сейчас сам вижу много недостатков. С тех пор и опыта прибавилось, да и материала еще дополнительно накопилось. Сейчас бы я ее сделал бы несколько другой. Тем не менее, эту работу, без ссылки на нее, использовали и Широкогад и Черников, а они плохие материалы не используют (по крайней мере мне так кажется. ХА-Ха!!!)

СВЯЗИСТ: Огромное спасибо

aden13: Тритон пишет: 30 июня, согласно его предписанию, к приемке взвода приступил кондуктор флота (с 25 июля 1917 года подпоручик по Адмиралтейству) Николай Серебренников (назначен командиром 16 июля) из 2-го Балтийского флотского экипажа, Стас, если позволишь, небольшая поправка: строевой боцманмат 1-го Балтийского флотского экипажа Николай Серебренников произведен в подпоручики по адмиралтейству приказом армии и флоту № 103 от 21-го июля 1917 года, на основании приказа по флоту и Морскому ведомству от 12-го июня 1917 года, за № 295, как имеющий образовательный ценз за 5 классов кадетского корпуса.

Рамзес: Мужики - есть такой вопросик. Николай Николаевич Коломейцев – контр – адмирал. С 16.9.1915 г. ком. Чудск.воен. флотилией. На начало 1 МВ командующий бригадой крейсеров БФ. По ряду данных за потерю Палллады его сняли и отправили в резерв. Вопрос в чем где он находился до назначения на должность командира флотилии и почему такой скачек - из моряков в речники ? В принципе для его звания и предыдущей должности назначение на флотилию понижение. Может есть у кого текст приказа по назначению или данные закрывающие этот промежуток времени его биографии - около года. Знаю что в это время он разрабатывал проекты формирования речных флотилий на Северо - Западе .Это была частная инициатива или же задание сверху ? Буду рад любой новой инфе.

aden13: Рамзес Из дневника адмирала Н.О. фон Эссена (07.08.1914): "Контр-адмирал Коломейцев произвел на меня дурное впечатление. Всегда до войны считал его беззаветно храбрым человеком, а тут он начал высказывать свои взгляды, что мы слишком слабы, сравнительно с германским флотом, а потому должны только стоять на позиции, не противодействуя его агрессивным действиям к западу от позиции, что ходить без тралов нельзя, надо сначала протралить все устье залива, что неприятельские крейсера обладают преимуществом артиллерии и хода, а у нас ничего этого нет, что наши крейсера истрепали свои машины и т.п. Одним словом, я увидел человека, впавшего в маразм и с таким настроением идти в бой нельзя " (РГАВМФ. Ф.757. Оп.1. Д.46. Л.22). Эссен в письме Григоровичу 06.12.1914 писал о необходимости отчислить Коломейцова "как несоответствующего требованиям военного времени" и контр-адмирала Шторре по болезни. Вместо К. предлагал Бахирева (РГАВМФ. Ф. 24. Оп. 1 Д. 111. Л. 60).

Валерий-П: Dirk пишет: ЮРЬЕВ [Александр Владимирович], прапорщик флота, к-р 7-й группы катеров ЮРЬЕВ Александр Владимирович, сын дворянки (по др. мещанин). Родился 26 октября 1885 г. Окончил курс в СПб. Казанском 4-х классном городском училище. С 29 мая по 3 сентября 1903 г. находился в плавании учеником на транспорте «Хабаровск». В 1903 – 1905 гг. – ученик С.-Петербургского училища дальнего плавания императора Петра I. В апреле 1905 г. выдержал испытания по программе на звание штурмана 2 разряда, о чем получил свидетельство от 28 апреля 1905 г. Постановлением Педагогического совета Училища от этого же числа переведен в 3 класс для дальнейшего обучения. Вероятно, окончил Училище в 1906 г. В службе – 1915 г. Прапорщик по морской части - 2 ноября 1915 г.



полная версия страницы