Форум » Русско-японская война » Морские врачи, погибшие в РЯв » Ответить

Морские врачи, погибшие в РЯв

Dirk: 4 апреля исполнилось три года с момента гибели Антона Богданова, члена редколлегии "Кортика". Он до самозабвения любил собирать сведения о врачах, как он говорил - "борменталях". Если бы я при его жизни разместил в Интернете некрологи погибших в ту войну врачей - он бы очень порадовался. Сделаем же это без него. В память о них и о нем. А кто не был с Антошкой знаком - прошу сюда: http://www.war-history.ru/library/?id=206 Итак, листаем страницы "Медицинских прибавлений к Морскому сборнику". Автор - П.Тимирев. В течение Русско-Японской войны семья морских врачей потеряла 16 своих товарищей, погибших в бою с неприятелем: двое из них - Волкович и Костромитинов - погибли при взрыве эскадренного броненосца "Петропавловск" 31 марта 1904 года, один - фон Брауншвейг - в бою Владивостокской эскадры с японцами 1 августа 1904 года (на "Рюрике") и 13 - Юрьев и Бертенсон (эскадренный броненосец "Император Александр III"), Лукин и Гнадеберг (эскадренный броненосец "Бородино"), Надеин и Матавкин (эскадренный броненосец "Князь Суворов"), Кречунеско и Аронет (эскадренный броненосец "Наварин"), Васильев и Бунтинг (эскадренный броненосец "Ослябя"), Подобедов и Кальевич (эскадренный броненосец "Сисой Великий") и Обнисский (транспорт "Камчатка") - в Цусимском бою 14 мая 1905 года). Андрей Николаевича Волкович, православный, сын потомственного дворянина Смоленской губ., родился в г. Минске 17 октября 1870 г. Среднее образование получил в Екатеринбургской, Пермской и Уфимской классических гимназиях, причем последнюю окончил первым с серебряной медалью. По окончании гимназического курса поступил в 1889 г. в ИМПЕРАТОРСКУЮ Военно-медицинскую академию и окончил ее 12 ноября 1894 г. со степенью лекаря с отличием. В 1892 г., студентом III курса, по собственному желанно был командирован в Вятскую губ. для борьбы с эпидемией тифа и затем холеры. 18 декабря был назначен младшим врачом 9-го пехотного Старо-Ингерманландского полка, 30 января 1895 г. переведен в Морское ведомство младшим врачом 15 флотского экипажа. Младшим врачом он служил также в 14-м (1896 г.), 13-м (1898г.), 7-м (1900 г.) и опять в 14-м экипажах до производства в старшие врачи в 15 флотский экипаж (25 марта 1902 г.). В 1896 г. совершал 4-х месячную кампанию на броненосце практической эскадры "Гангут", в 1897-1898 гг. две двухмесячные кампании на эскадренном броненосце "Полтава". С 1899 по 1901 г. плавал на транспорте "Бакан", назначенном в состав экспедиции по градусным измерениям на острове Шпицбергене, организованной по ВЫСОЧАЙШЕМУ повелению особой комиссией под августейшим председательством ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЫСОЧЕСТВА великого князя Константина Константиновича при ИМПЕРАТОРСКОЙ Академии Наук. В этой экcпeдиции покойный занимался сбором гидрологического и зоологического материала, обработка которого частью уже опубликована в научных результатах экспедиции. По окончании ее А. Н., по ходатайству упомянутой комиссии, был награжден орденом Св. Станислава 2 степени, а от шведского правительства получил орден Кавалерского Креста 1-й степени. Весной 1902 г. был назначен старшим врачом на броненосец "Пересвет", бывший в то время в составе судов эскадры Тихого Океана, и сухим путем отправился в Порт-Артур, куда и прибыл с некоторым запозданием, задержавшись в пути по болезни. Здесь по распоряжению командующего эскадрой он был переведен на "Петропавловск", на котором и погиб 31 марта 1904 г. В 1894-1895 академическом году А. Н. сдал экзамен на доктора медицины при ИМПЕРАТОРСКОЙ Военно-Медиц. академии, а в сентябре 1898 г. защитил диссертацию "Физиология и патология желудочных желез". Кроме диссертации, из печатный трудов имеет доклад в Обществе Русских врачей, напечатанный в трудах Общества и в Больничной Газете Боткина за 1898 г. под заглавием "Экспериментальный материал к физиологии, диэтетике и патологии желудочных желез". Страстный естественник в душе, А. Н. не любил заниматься практикой и интересовался больше экспериментальной медициной. Он с увлечением занялся в Институте экспериментальной медицины по предложению и под руководством И. П. Павлова физиологией и патологией желудочных желез и весь отдался этому заинтересовавшему его вопросу. Условия службы, конечно, отрывали его от занятий, тем более, что он всегда относился к исполнению своих обязанностей с полной добросовестностью, горячо отдаваясь своей служебной деятельности и настойчиво домогаясь возможного улучшения того дела, которое ему поручалось. Когда ему удалось принять участие в Северной экспедиции, он был в восторге, и по возвращении из нее с увлечением показывал тот богатый материал, который он собирал с величайшей тщательностью, желая разработать его систематически. Отправляясь на Восток еще задолго до войны, он радовался тем новый впечатлениям, которые его ожидали, радовался, что перед ним открывается новая природа и жизнь, которую он знал только по книгам. Не ожидал он, что поездка эта будет для него роковой и что он так трагически погибнет, защищая родину. По словам очевидцев, А. Н. одним из первых был выброшен за борт гибнущего судна и, как хороший пловец, мог еще долго держаться на воде, ожидая своего спасения. Подошедший катер застал его однако уже в бессознательном состоянии. Подобранный людьми с катера, он проявлял еще признаки жизни, дышал, открывал глаза, но не отвечал на предлагаемые ему вопросы и тихо скончался, не достигнув берега. Из наружных повреждений у него нашли только небольшой рубец на лбу и, надо думать, смерть произошла от паралича сердца под влиянием долгого пребывания в холодной воде, тем более что покойный последнее время жаловался на боли в области сердца. Грустно становится при мысли о безвременной смерти этого доброго, искреннего, умного и доброжелательного человека, который очаровывал всёх своей природной мягкостью и в своей дальнейшей деятельности мог бы принести еще много пользы. Покойный оставил после себя вдову и двух малюток.

Ответов - 106, стр: 1 2 3 4 All

Dirk: Dmitry_N пишет: Кефели Яков Иосифович "Защитник Порт-Артура, кавалер боевых орденов до Св. Владимира с мечами. Окончил Императорскую Военно-медицинскую академию с отличием в 1901 г. Доктор медицины в 1914 г. Санитарный инспетор флота (1916 - 1918). Городской голова Трапезунда и Трапезундского укрепленного района (1916 - 1917). Министр здравохранения в Правительстве для Юго-Запада России (1919), организованного маршалом Франшэ-д'Эспере; произведен в чин действительного статского советника. Санитарный инспектор русской морской базы в Константинополе и директор русской морской поликлиники; представитель России в Международном санитарном совете для всего Ближнего Востока (1919-1923) при штабе маршала Франшэ-д'Эспере вплоть до заключения Лозанского мира. В эмиграции, проживая в Париже, зарабатывал на жизнь тяжелым трудом. В настоящее время, полуслепой, на двух пенсиях (вторая пенсия - как слепого)" (Бюллетень… 1961. № 1/94. С. 8. Фото - С. 5). Умер в Париже от удара 06.07.1962. См.: Бюллетень... 1962. № 2/98. С.34. Dmitry_N пишет: Григорович Владимир Владимирович Из воспоминаний Я.И. Кефели: "По возвращении в Россию, как и мои сверстники, младшие врачи, я получил Станислава и Владимира 4-й с мечами. Все же, как-то в дружеской пирушке семи молодых морских врачей, после падения Артура, при японцах уже, сидевший против меня младший врач Гвардейского экипажа, и когда-то величественный дирижер на академических балах в Дворянском собрании, Владимир Владимирович Григорович, бывший навеселе, встав с бокалом вина в руке, сказал: - Если кто-либо из нас, господа, заслужил Георгия в Артуре, так это ты, Яшка! Он обнял меня чрез стол и обращаясь к полупьяной компании моих друзей: Арнгольду, Кистяковскому, Ковалевскому, Ферману (седьмого не могу вспомнить) сказал: "Целуйте его!". Григорович умер до Первой мировой войны, Арнгольд, Кистяковский и Ковалевский - расстреляны во время революции. Ферман до Второй войны был профессором в Риге" (Кефели Я.И. Брандеры // Порт-Артур. Воспоминания участников. Нью-Йорк, 1955. С. 284).

Dirk: Dmitry_N пишет: Кистяковский Сергей Федорович По окончании курса медицинских наук в Императорском университете Св. Владимира (Киев) удостоен степени лекаря (31.10.1898). Зачислен в запас флота Киевским городским по воинской повинности присутствием (09.02.1899). Высочайшим приказом по Морскому ведомству назначен младшим ординатором Морского госпиталя в порту Императора Александра III (№ 66, 18.04.1900). Циркуляром командира порта назначен в плавание на крейсер II ранга «Вестник» (05.05.1901) (на борту с 05.05 по 18.08.1901). Переведен младшим врачом в 15 флотский экипаж. Распоряжением ГМШ от 07.10.1901 назначен в заграничное плавание на эскадру Тихого океана, убыл 23.10.1901. Приказом командующего эскадрой Тихого океана № 24 от 25.01.1902 г. прибывший из России лекарь Кистяковский зачислен в списки офицеров эскадры. Плавал за границей младшим судовым врачом крейсера I ранга «Громобой» (13.01– 01.06.1902), приказами командующего эскадрой 01.06.1902 переведен на эскадренный броненосец «Петропавловск», а 03.09.1902 – на мореходную канонерскую лодку «Гиляк» (на борту: 03.09–11.12.1902), затем возвращен на «Петропавловск», с 10.04.1903 – старший судовой врач на «Отважном». Коллежский асессор (10.05.1904, старшинство с 18.04.1903). Орден Св. Станислава 3 ст. (06.12.1903). В период осады Порт-Артура плавал на «Отважном», участвовал в отражении атак брандеров (в ночи на 14.03 и 20.04), удостоен ордена Св. Анны 3 ст. с мечами (награжден Макаровым, высочайше утверждено 24.01.1905). С 04.08.1904 по капитуляцию – старший судовой врач эскадренного броненосца «Севастополь», 15–20.11.1904 участвовал в отражении штурмов г. Высокая. Стесселем награжден орденом Св. Станислава 2 ст. с мечами (высочайше утверждено 01.08.1905), затем награжден орденом Св. Анны 2 ст. с мечами (19.12.1905). В Порт-Артуре находился до 01.03.1905 для лечения больных и раненых; 20.05.1905 явился в порт Императора Александра III. Судовой врач мореходной канонерской лодки «Хивинец» во внутреннем и заграничном плавании (28.05–14.09.1907). Переведен в 1-й генерал-адмирала великого князя Константина Николаевича экипаж (08.03.1907). 04.11.1907 назначен в Клинический военный госпиталь, 28.06.1908 прикомандирован к Николаевскому морскому госпиталю в Кронштадте. 10.09.1908 назначен в Дивизию эскадренных миноносцев. Заведующий санитарной частью команд всех миноносцев, находящихся в СПб. на время ремонта (с 09.11.1909). ПС: РГАВМФ. Ф. 406. Оп. 12. Д. 870. С.Ф. Кистяковский (Минная дивизия) откомандирован в распоряжение Российского общества Красного Креста главным доктором на госпитальное судно «Океан» (приказ по флоту БМ № 248 от 22.04.1918). Исключен из списков умершим приказом по Балтийскому флоту № 466 от 31.07.1918 (справка: распоряжение главного врача БФ от 11.07.1918). Говорят, что был убит шальной пулей на палубе госпитального судна в день прихода в Гельсингфорс немцев (по крайней мере в апреле 1918 г. - точно).

Dirk: Dmitry_N пишет: Марков Николай Македонович Из книги С.В. Волкова: "Марков Николай Македонович, р. 1873. В службе и классном чине с 1901. Коллежский советник, морской врач. Во ВСЮР и Русской Армии; с окт. 1919 старший врач Морского корпуса в Севастополе до эвакуации Крыма. Статский советник (19 авг. 1920). На 25 мар. 1921 в составе русской эскадры в Бизерте, мар. 1922 на той же должности. В эмиграции во Франции, в 1928 член Кружка бывших воспитанников Морского корпуса и Отдельных гардемаринских классов в Лионе. Ум. 4 мая 1951 в Гренобле (Франция)". Dmitry_N пишет: Лисицын Николай Васильевич Флагманский врач штаба 1 отряда больших кораблей, умер 01 .03.1920. Исключен из списков умершим приказом по Балтфлоту № 259 от 13.04.1920. Dmitry_N пишет: Леонтьев Вячеслав Дмитриевич Так ведь наша многоуважаемая Olmalin выставляла текст надписи с памятника на Севастопольском городском кладбище: "Лидія Николаевна / Леонтьева / 1888-1910 Вячеславъ Дмитрiевичъ / Леонтьевъ / 1877-1917"


Dirk: Dmitry_N пишет: Ордовский-Танаевский Иван Александрович "Иван Александрович Ордовский-Танеевский, ум. 25.04.1951 г. Морской врач, хотя по специальности гинеколог, попав вместе с женой и тремя детьми во Францию, устроился в глухую деревню помощником директора сумасшедшего дома. Жили они в маленьком домике около больницы, имели хорошую квартиру и охотно принимали к себе гостей, желавших или отдохнуть от Парижа на чудесном деревенском воздухе, или же желавших освоиться с французским языком. Попав во Францию, семейство Орловских сразу порвало все русские корни, чтобы не создавать у детей чувство раздвоенности, и сразу поставили их на местные рельсы. Дома у них говорили только по-французски. Когда я приехал из России, и мне для поступления в институт понадобилось плотно усвоить хотя бы азы французского, меня тоже направили к ним, и я прожил у них более полугода. Жена доктора была лет на 10 моложе его, была очень прогрессивна и образованна и всегда радовалась всякому свежему человеку. Дочери ее часто уезжали в Париж, сперва для учебы, потом для работы, чтобы не жить в глухой деревне, и тогда останавливались у нас. Семья эта была остро антиклерикальна и, как я уже сказал, старалась не вспоминать о России. Я же, всего год, как покинувший Родину, только и жил мыслью о Ней, каждой весточкой Оттуда и к тому же мое религиозное мировоззрение все больше и больше выкристаллизовывалось. Была у них еще полуграмотная нянечка Анечка. Я по характеру был очень горячий, и у нас все время возникали споры. Меньше — с довольно спокойным Иваном Александровичем, больше — с его очень темпераментной женой. Когда впоследствии их старшая дочь жила у нас в Париже, я все же подвел ее немного к церкви. Младшая дочь, Ирина, была, как и мать, убежденная атеистка. Как же я был удивлен, когда узнал, что она вышла замуж за француза, ярого католика, владельца кондитерской в городке Ст. Жермен, и как добропорядочная француженка, каждое воскресение ходит в католическую церковь к обедне. Прошли годы. Я за это время уж стал священником. И. А. вышел в отставку и поселился с женой и нянечкой в местечке Суази су Этьелк (где жил герой романа Альфонса Доде «Jack».) Я в это время жил в Ст. Женевьев де Буа. Как-то раз мы всей семьей на велосипедах проехали километров 30, чтобы навестить стариков Орловских. Но вот, мне позвонили и, к моему великому удивлению, попросили приехать и причастить Ивана Александровича. Я сам себе не верил. Сперва подумал, что это дань приличия, чтобы можно было в официальных извещениях, принятых у французов, написать: «Умер, напутствуемый Церковью». Но когда приехал, то оказалось, что мой вольнодумец действительно хочет причаститься перед смертью, которую хорошо ощущает сам, будучи опытным врачом. Еще больше я удивился, когда не только нянечка Аннушка попросила ее причастить, но и сама Екатерина Николаевна, сильно смущаясь, спросила меня, причащу ли я и ее. По-видимому, смерть, подошедшая к их дому, сильно изменила образ их мышления. Мне же оставалось только возрадоваться" (Протоиерей Борис Старк. По страницам синодика // Российский архив. М., 1994. Т. V. С. 634).

Dirk: Dmitry_N пишет: Рокицкий Александр Михайлович ДСС. Флагманский врач Отдельного отряда судов, он же старший судовой врач КР "Пересвет"; погиб с кораблем 22.12.1916.

Doktor: Дополнительные данные по биографии КЕФЕЛИ (не обессудьте, если в чем-то повторился): Одним из наиболее известных и выдающихся караимов-врачей, принимавших участие в войнах 1905г. и 1914–1917гг., следует назвать Кефели Якова Иосифовича (Осиповича) (1876–1967). Он родился в г. Николаеве; предки Я. И. Кефели по линии матери принадлежали к древнему княжескому роду [5, с. 188]. В 1901г. он окончил Императорскую военно-медицинскую академию в Петербурге. После получения диплома Я. И. Кефели служил врачом кавалерийского полка, а затем переведен в Морское ведомство – в Квантунский флотский экипаж. Там он поступил на службу военным врачом в г. Порт-Артур, где в 1902г. первоначально был определен лекарем на крейсер 2 ранга «Забияка», входивший в состав эскадры Тихого океана. В 1902–1904гг. Я. И. Кефели – младший врач Квантунского флотского экипажа; проходит службу на броненосце «Переслет» и на миноносце «Стерегущий». 26 февраля 1904г. два миноносца – «Стерегущий» и «Решительный» были отправлены на разведку. Возвращаясь с задания, они столкнулись с японской эскадрой и были вынуждены вступить в неравный бой. «Решительному» удалось прорваться сквозь вражеское окружение, а морякам «Стерегущего» пришлось сражаться до последнего. Когда погибла практически вся команда корабля и стало ясно, что сильно поврежденный корабль не сможет продолжать бой, японцы решили взять «Стерегущий» на буксир и отвезти в свой порт. Чтобы не попасть в руки врага и не отдать неприятелю российский корабль, командованием «Стерегущего» было принято решение потопить корабль (в 1911 г., по распоряжению императора Николая II, в Санкт-Петербурге был сооружен памятник в честь подвига российского миноносца). Я. И. Кефели остался в живых только благодаря тому, что был срочно вызван к больному на берег перед самой гибелью миноносца. Впоследствии Я. И. Кефели участвовал в обороне Порт-Артура, однако попал в японский плен, после освобождения из которого в 1905г. вернулся на родину. Помимо непосредственного участия в боевых действиях как на море, так и на суше, Я. И. Кефели внес заметный вклад в развитие военно-полевой медицины. Так, например, ему принадлежит изобретение двухколесных носилок для ускоренной транспортировки раненных, получивших название «носилок Кефели». Во время осады Порт-Артура военный врач Я. И. Кефели командовал санитарным отрядом. Кроме того, он принимал участие в борьбе с эпидемией холеры, вспыхнувшей еще до начала русско-японской войны. По словам E.К.Ножина, сотрудника порт-артурской газеты «Новый край» (автора таких книг, как «Правда о Порт-Артуре» и «Конец осады Порт-Артура»), доктор Я. И. Кефели стоял в ряду «светлых имен, украшающих собой длинный перечень славных имен героев обороны Артура». По окончании русско-японской войны Я. И. Кефели служил на Черноморском флоте; затем, 5 января 1909г., он получил назначение во 2-й Балтийский флотский экипаж, на должность младшего врача. После этого он был определен в Императорскую военно-медицинскую академию, состоял на службе в Морском министерстве. С началом Первой мировой войны Я. И. Кефели был направлен на Кавказский фронт. В 1916г., после взятия русскими войсками Эрзерума и Трапезунда, великим князем Николаем Николаевичем он был назначен губернатором (комендантом) Трапезунда. После революций, политического и общественного кризиса 1917г. генерал Я. И. Кефели эмигрировал из России. В период гражданской войны он по-прежнему занимался привычным делом военного врача – организовывал борьбу с эпидемиями, командовал военно-санитарной базой в Константинополе. Я. И. Кефели – последний представитель России в организации «Международный снитарный Совет для Ближнего Востока», которая была распущена в 1923г. После этого он переехал во Францию, в Париж, где возглавлял собрание офицеров флота, участвовал в жизни общины крымских караимов-эмигрантов и издал ряд работ по истории Российского флота, медицине, октябрьском перевороте и др. Его мемуары были опубликованы в сборнике «Порт-Артур. Воспоминания участников», изданном в Нью-Йорке в 1955г. Следует также сказать о том, что Я. И. Кефели занимался и научно-теоретической работой. Он был хорошо эрудирован, владел несколькими языками (в том числе и турецким). Его перу принадлежит несколько публикаций, в которых разрабатывались некоторые аспекты военно-полевой медицины; ряд из них был опубликован в «Медицинском прибавлении к Морскому сборнику», «Вестнике Красного Креста», «Морском враче» и других изданиях. В частности, Я. И. Кефели – автор таких статей, как «Санитарная служба на миноносцах в Порт-Артуре в 1904 г.», «Готовые повязки для артиллерийских ран и ожогов». В 1914г. он опубликовал труд «Потери в личном составе русского флота в войну с Японией», в котором были проанализированы статистические сведения и данные, собранные самим автором в ходе войны 1905г. За эту работу Я. И. Кефели была присуждена научная степень доктора медицины. Тем не менее следует заметить, что данная работа, по свидетельству авторов более поздних исследований, содержит ряд неточностей. В частности, Я. И. Кефели писал, что на кораблях Тихоокеанского флота (1-я и 2-я Тихоокеанская эскадра и Владивостокский отряд крейсеров) в составе экипажей находилось 34557человек (кроме того, в береговых подразделениях – 7667 человек), при этом число погибших составляло 39397 человек, а выживших – 152024 человек. Однако данные по поте¬рям русских войск в Цусимском сражении не выдерживают проверки т.н. «математической обработкой»; кроме того, в диссертации отсутствуют полные сведения потерь по флоту (по крепости Порт-Артур в работе Я. И. Кефели приведены данные только по составу эскадры, без учета частей Квантунского флотского экипажа, подчиненного крепости). Тем не менее, необходимо заметить, что этот труд стал заметным явлением в историографии истории русско-японской войны, и длительное время оставался самым подробным и авторитетным исследованием по указанному вопросу. За свою воинскую карьеру Я. И. Кефели стал кавалером многих орденов и медалей. Список наград генерала за безупречную службу и участие в боевых действиях весьма внушителен: так, 21 апреля 1904г. ему был вручен орден Святого Станислава 3-й степени с мечами; 15 ноября 1905г. – орден Святой Анны 3-й степени с мечами. Орден Святого Станислава 2-й степени Я. И. Кефели получил 8 апреля 1910 г., а ордена Святой Анны 2-й степени он был удостоен 14 апреля 1913г. Помимо орденов, Я. И. Кефели был также награжден различными памятными медалями – серебряной медалью в память о войне с Японией (в 1906г.), памятной медалью в ознаменование 300-летия царствования дома Романовых (в 1913 г.), памятным нагрудным знаком «Защитник Порт-Артура» (в 1914г.) и медалью в ознаменование 200-летия Гангутского сражения (в 1915г.). Я. И. Кефели получил чин статского советника в 1905г., чин надворного советника – 25ноября 1908г., и действительного статского советника – в 1916 г. Я. И. Кефели принадлежал к караимскому вероисповеданию, был женат, имел сына (который родился в 1916г.). Сам себя он называл «последним слугой старой России». Умер генерал Я. И. Кефели в 1962 г. во Франции, где и был похоронен. Он олицетворял собой ушедшее после революции поколение русских офицеров – высокообразованных, преданных своему делу, честных служителей своему Отечеству.

Dmitry_N: Doktor пишет: командованием «Стерегущего» было принято решение потопить корабль (в 1911 г., по распоряжению императора Николая II, в Санкт-Петербурге был сооружен памятник в честь подвига российского миноносца). Я. И. Кефели остался в живых только благодаря тому, что был срочно вызван к больному на берег перед самой гибелью миноносца. Впоследствии Я. И. Кефели участвовал в обороне Порт-Артура, однако попал в японский плен, после освобождения из которого в 1905г. вернулся на родину. Уважаемый Doctor - в цитируемом абзаце, на мой взгляд, следовало бы поправить выделенные красным места. 1. Разговоры о добровольном затоплении "Стерегущего" двумя матросами (которых Вы называете "командованием") - скорее легенда, впрочем, вполне укоренившаяся, поэтому можно оставить фразу о самозатоплении, но слово "командование" я бы не употреблял. 2. вызван на берег не перед гибелью, а перед выходом, что не одно и то же, иначе получается, что миноносец погиб сразу после выхода. 3. слово "однако" не нужно, потому что в том контексте, что Вы привели, получается, что он вроде принимал участие в обороне, да не сложилось - в плен попал, когда оборона еще продолжалась. А ведь это не так - кончилась оборона - вот он в плен и попал. Такой контекст (однако попал в плен), может быть применен, например, к Ю.Ю.Белозору - подполковнику 5 ВССП, попавшему в плен под Кинчжоу, а для капитулировавшего Артура - вряд ли применим С уважением, Д.

Doktor: Прошу прощения у уважаемых форумчан. Не вставил ссылку: Прохоров Д.А. Вклад Крымских караимов в развитие военно-полевой и морской медицины. Журнал "Вестникъ морского врача" № 4 2007 г. стр. 128-130

Doktor: Уважаемый Dmitry_N Ваши поправки сегодня же транслирую автору. С величайшим уважением. Прошу принять уверение в совершенном нашем уважении и глубокой преданности. Выставляю фото доктора Маркова. Прием больных в лазарете морского корпуса Doktor

Тритон: Dmitry_N Дима, а тебя не посетила мысль, что вообще Кефели делал на "Стерегущем"? Врач миноносцу по штату не положен, для выходов в море достаточно судового фельдшера, а отрядный врач (если он был) постоянно находился на берегу и в море выходил лишь изредка. И версию чудесного спасения Кефели я бы изложил так: Кефели был назначен (или сам вызвался) на миноносец "Стерегущий" на данный поход миноносцев. Он уже успел придти на "Стерегущий", но перед самым отходом его вызвали к больному. Миноносцы ушли без него. Далее по тексту. Или я не прав? С уважением.

Dmitry_N: Тритон Вообще, словоохотливость Я.И.Кефели в воспоминаниях меня несколько не то, чтобы раздражала, но как-то некомфортно я себя чувствовал - почитать его, так он везде и всюду и "Ты, мол, Яшка - более всех достоин Георгия", некоторое самовыпячивание чувствуется. Из воспоминаний Кефели "Часу в одиннадцатом ночи с 26 на 27 января я отправился из своей квартиры в порт, чтобы на китайской шампуньке переправиться на «Стерегущий», стоявший у Тигрового хвоста. Прошел я мимо Морского собрания, где в тот день, как всегда, обедал в 7-8 часов вечера. Никакого оживления я там не заметил." Это означает, что он и в начале войны занимал место на "Стерегущем" "Вся Тихоокеанская эскадра была в гавани Порт-Артура, мы же, два эскадренных миноносца — «Смелый», под командой капитана 2-го ранга Шульца, и «Стерегущий» — Кузьмина-Караваева 2-го, — ходили по внешнему рейду дугами от Ляотешана до мыса у Крестовой батареи, находясь в суточном дежурстве по охране рейда." Это означает, что он все-таки на борту "Стерегущего" ходил по морю "Мой собственный прекрасный призматический бинокль Цейса, который я купил в Гвардейском экономическом обществе, утонул вместе со «Стерегущим», и я остался в этот исторический день моей службы во флоте без бинокля. Желая посмотреть на наш реванш в отношении японцев, столь радовавший нас всех, я попросил бинокль у соседа и под объяснение сигнальщика стал всматриваться в горизонт, в едва видимые простым глазом маленькие две-три черточки, какими нам казались громадные японские броненосцы." Это означает, что вещи Кефели были на "Стерегущем"

Тритон: Dmitry_N Вроде все правильно и Кефели действительно с начала войны находится на "Стнрегущем". Но вот вопрос - а что он там делает? Что, у экипажного врача других дел нет, кроме того чтобы мотаться в дозоре по Внешнему рейду? Насколько я знаю "Соколам" по штату врач не положен. И лишних кают на миноносце нет. Тем более, что он сам пишет, что у него есть квартира в городе. Что то здесь не так. Снять смнения помогли бы приказы по экипажу, но где их взять?

Dirk: Кефели пишет, что был отрядным врачом на миноносцах. Но далее! "Так как я сам плавал на "Стерегущем" в начале войны, когда им командовал лейтенант Борис Кузьмин-Караваев, опытнейший моряк в тех водах, то хорошо помню, что назначение на его место Сергеева всех тогда удивило. Вместе с Кузьминым-Короваевым и я, как чин штаба отряда, перешел на другой миноносец. Сергеев же, накануне прибывший в Артур, впервые вышел в море в день своего назначения, и притом, в ночную охрану рейда, которого не знал и очертаний берега которого никогда с моря не видел. В ту же ночь, под утро, Сергеев наткнулся на японцев и геройски погиб вместе со "Стерегущим"". В описании событий 27 января: "На "Стерегущем" я числился "пассажиром", как чин штаба. Поэтому я был свободен от судовых обязанностей и все время мог находиться на верхней палубе, наблюдать происходящее и обсуждать все фазы событий этого знаменательного дня с командиром миноносца, очень способным моряком, капитаном 2 ранга Борисом Кузьминым-Караваевым, моим приятелем. У меня был прекрасный призматический бинокль Цейса, какого не было в штурманском оборудовании миноносца и ни у кого из наших офицеров. Командир часто пользовался моим биноклем. Я купил его в 1901 году в магазине Гвардейского Экономического общества, когда, окончив Императорскую Военно-Медицинскую академию, отправлялся на Дальний Восток, за 30 с чем-то рублей". В примечании к последней фразе: "Как я говорил выше, в конце февраля Кузьмина-Караваева перевели на другой миноносец. С ним переехал туда же и я. Через двое суток (26 февраля) "Стерегущий" погиб. С ним погибли оставшиеся еще там некоторые мои вещи, среди них погиб и мой "Цейс"". К.-К. действительно временно командовал "Стерегущим" до 17.02, но какое он имел отношение к штабу?

Dmitry_N: Из последних цитат Кефели видно, что фраза о чудесном спасении из-за вызова на берег с борта "Стерегущего" вообще неверна. Он не собирался выходить на "Стерегущем" и легенда о спасении возникла из-за утопления "Цейса", о котором он сожалеет многократно.

myth: Спасибо за память!

Юрген: С огромным интересом прочитал данный сайт - уникальная информация. Не могу удержаться и выкладываю фото доктора Б. Л. Бертенсона (крайний справа) в кают-компании своего броненосца.

anton84: Не подскажет ли кто-нибудь дальнейшию судьбу Августовского Николая Иосифовича, после Порт-Артура. Спасибо

Dirk: Младший врач Квантунского флотского экипажа (1902 - 1904), старший врач ЭБР "Пересвет" (1904), участник боя 28.07.1904. Ордена: Св. Анны 3 ст. с мечами и Св. Владимира 4 ст. с мечами (19.12.1905), Св. Станислава 2 ст. с мечами (07.08.1906), Св. Анны 4 ст. с мечами (02.04.1907). Младший врач 5 ФЭ (09.01.1907 - ?). Старший врач 2 БФЭ (02.01.1912 - ).

anton84: Большое спасибо. Извиняюсь, вместо "Св. Анны 4 ст. с мечами (02.04.1907).", наверное, Св. Анны 2 ст. с мечами

anton84: Не подскажете ли про судьбу младшего судового врача ЭБР "Орел" Авророва Алексея Петровича

volnoper: anton84. Вы полностью набейте фамилию, имя, отчество в поисковик и все узнаете, аж из нескольких сайтов

anton84: и правда, надо же какое чудо большое спасибо

anton84: Не подскажете ли судьбу лекаря Барзыловича Даниила Дмитриевича после осады Порт-Артура

Dmitry_N: На 1906

anton84: Большое спасибо, а у вас есть полный список по старшинству на 1906г?

Dmitry_N: Флотские списки по сравнению с армейскими весьма лапидарны. Хотя и бумаги было немерено, но информации мало. Вот на январь 1904

anton84: Большое спасибо

ВЛАДИБОРЪ: Разместил здесь. Может быть кому-то быдет интересно. Севастополь. 22-го мая на английском корабле "ЖЕЛУНГА" прибыли из Порт-Артура: весь личный состав морского госпиталя во главе со старшим врачём Обезянниковым, 11 офицеров, находившихся на излечении в госпитале, священник Рождественский, 978 матросов, из которых 168 с незалеченными ещё ранами. Последние помещены в морском госпитале, остальные в экипажах Черноморского флота. В числе выздоравливающих более ста ампутированных. Ист. Летопись войны с японией (Дубенского) № 61 стр. 1218 С уважением, Вл.

Борис С.: Здравствуйте, я располагаю данными по Вашему вопросу. Тайный советник (так указано на надгробье) Акинфиев Михаил Михайлович действительно является отцом Мичмана Акинфиев Андрея Михайловича (19 ноября 1883 г.р.), погибшего 31 марта 1904 г. на борту эскадренного миноносца СТРАШНЫЙ в боях при Порт-Артуре, повторив подвиг эскадренного миноносца СТЕРЕГУЩИЙ. Отец не пережил гибель героя-сына и в том же 1904 году25 июня почил. На могильном камне мужа жена на тыльной стороне сделала мемориальную надпись "В память сына его мичмана...... погибшего у Порт-Артура ....." Располагаю фотографиями места захоронения в г. Лиепая (Либава) Латвия. Могилу этого достойного человека я посетил буквально сегодня 20 августа 2009 года. Вот только на надгробье указана фамилия по старому стиль АКИНФЬЕВЪ

Dirk: Да, конечно, это отец Андрея Михайловича Акинфиева. Буду Вам чрезвычайно признателен за фотографии могилы! Вы можете разместить фотографии здесь или скинуть на электронный адрес: dirk-kortic@yandex.ru Если Вам интересно, могу выслать некролог на М.М.Акинфиева (если, конечно, на этой веточке я его не выкладывал - склероз...). С уважением, Алексей



полная версия страницы