Форум » Гражданская война » Дальний Восток. » Ответить

Дальний Восток.

Автроилъ: ЗА ВЕРУ И СПАСЕНИЕ РОДИНЫ Козько Виталий Анатольевич Русский остров – дальневосточный Кронштадт. Еще в конце прошлого века на его территории началось возведение фортов и батарей. К началу Первой мировой войны Русский остров превратился в важнейший узел сопротивления, преграждающий с юга подступы к Владивостоку. До семнадцатого года доступ на остров был ограничен: без пропуска коменданта крепости туда никого не пускали, въезд же иностранцев туда был вовсе запрещен. Но с приходом «великой и бескровной» все изменилось. Какие только флаги не развевались в русском городе, и какие только иноземцы не бродили по русским фортам. На Русский же остров ехали и селились все, кто хотел. Здесь образовались даже притоны преступников. В октябре 1918 года полковник Сахаров получает назначение во Владивосток, чтобы там, на Русском острове, собрав 500 офицеров и 1000 солдат готовить из них кадры для будущего армейского корпуса. Английский генерал Нокс при этом обещал от имени британского командования всестороннюю помощь. Вскоре была создана Учебно-инструкторская школа, которая разместилась в казармах 36-го Восточно-Сибирского полка и 3-го Владивостокского крепостного артиллерийского полка, находившихся в бухте Новик на южном ее берегу. Курсанты школы были разбиты на три батальона. В 1-м батальоне готовили офицеров, командиром его был полковник Б.И. Рубец–Масальский. В двух других батальонах готовили унтер-офицеров. В 1-м батальоне в каждой из четырех рот изучались одна из следующих специальностей: в 1-й роте - пулеметное дело, во 2-й - саперное дело, в 3-й - служба связи, в 4-й - автомобильное дело. Первые две недели обучения были очень тяжелыми, но постепенно все втянулись. После же трех месяцев работы строевая и полевая подготовка унтер-офицерских батальонов, не говоря уже о 1-м офицерском батальоне, по собственному признанию генерала Сахарова, не оставляла и желать лучшего. Генерал Нокс от имени Британской армии преподнес школе подарок: знамя, представляющее собой соединение русского национального и Андреевского флага с образом св. Георгия Победоносца и с надписью «За веру и спасение Родины» 1-го января 1919 года состоялось освящение этого знамени в военной церкви и парад. В феврале 1919 года офицеры и унтер-офицеры прошедшие обучение школы были отправлены на укомплектование трех Сибирских дивизий: 12-й, 13-й, 14-й. (Омск, Ново-Николаевск, Томск). Наладив дело с новым набором в школу для продолжения курса, г. Сахаров в середине марта 1919 г. отправился вслед за первым выпуском в Омск. На место г. Сахарова ввиду его отъезда был назначен полковник Плешков – кавалерист, гвардеец, спортсмен-наездник с мировым именем. Полковник Плешков был по характеру мягким, миролюбивым, склонным проводить время в кругу семьи. На должность начальника школы больше подходил командир 1-го офицерского батальона полковник Рубец-Масальский. Он был совсем не на много моложе полковника Плешкова в этом чине, по выпуску же из военного училища полковник Рубец был старше Плешкова на восемь лет. В отличие от Плешкова полковник Рубец был властным беспокойным человеком. В дальнейшем 1-й батальон укомплектовывался уже не офицерами, повторяющими курс и восстанавливающими в себе дух и облик офицера Старой армии, а молодежью-юнкерами, которые по прохождении четырехмесячного курса должны были выпускаться в строевые части портупей-юнкерами, и здесь по прошествии двух-трех месяцев службы войсковые начальники могли представить их к производству в подпоручики. С августа по Владивостоку поползли слухи, что генерал Гайда, бывший командующий Сибирской армией и отрешенный от должности после того, как аппетиты этого честолюбца перешли границы всего возможного, приехал во Владивосток и затевает политическое выступление. По инициативе полковника Рубца и с разрешения начальника школы поручик Суражкевич организовывает контрразведку школы. Он проверяет слухи о положении в городе и результаты докладывает полковнику Рубцу. Юнкеру 3-й роты Соколову была поставлена задача: заручившись доверием гайдовцев войти в их организацию, чтобы своевременно информировать школу обо всем происходящем в эшелонах Гайды. Однако скоро он был заподозрен в двойной игре и убит. В подавлении выступления Гайды принимали участие два батальона школы под командованием полковника Рубца: 280 юнкеров и 26 офицеров, вооруженные 6-ю пулеметами. Позднее в качестве подкрепления были переброшены две роты 3-го батальона под командованием полковника Добровольского. Гардемарины капитана 1-го ранга Китицына перекрыли пути отхода мятежников по Нижне-Портовой улице. К концу боя к вокзальной площади подошел взвод русских легионеров штабс-капитана Хопкова, недавно прибывшего из Франции. Бронепоезд «Колмыковец» оказал действенную помощь во время боя и, хотя был сведен мятежниками с рельсов, не позволил им соединится с портовыми рабочими Эгершельда. Перед штурмом вокзал был обстрелян из орудия, приданного отряду полковника Рубца. А со стороны акватории бухты «Золотой Рог» восточную часть вокзала обстрелял миноносец «Лейтенант Малеев». Общая численность мятежников, сосредоточившихся в здании железнодорожного вокзала, товарной станции и эшелонах, стоящих на привокзальных путях, достигала 2000 человек, с учетом примкнувших к ним Морских стрелков. Это были портовые и железнодорожные рабочие, солдаты и военнослужащие, прибывшие в эшелонах из Сибири вместе с генералом Гайдой. Интересен и показателен тот факт, что восставшие не имели сочувствия среди местного населения, главным образом, из-за того, что во главе их стоял иноземец. Восстание было делом рук эсэров и большевиков и Гайда только случайно возглавил мятеж, оказавшись в кульминационный момент во Владивостоке. Эсэры воспользовались его конфликтом с Верховным правителем, сделав ставку на ущемленное самолюбие опального генерала. Октябрьское восстание 20-го года эсэров и большевиков во Владивостоке провалилось так же, как и аналогичное восстание в Питере, в июле 17-го года, организованное теми же персонажами – эсэрами и большевиками. С победой над Гайдой Верховный правитель поздравил школу по телеграфу и произвел всех юнкеров, участвующих в подавлении восстания, в портупей-юнкера, а портупей-юнкеров – в подпоручики, офицеры же представлены к наградам. 19-го декабря в школе состоялся торжественный молебен Господу Богу по случаю победы, а кроме того, была отслужена панихида по зверски убиенным Императору Николаю и его семье. Похороны погибших участников подавления восстания состоялись на Эгершельдском военном кладбище. Перед открытой могилой говорились речи. Сильное впечатление на всех произвело выступление Николая Дионисьевича Меркулова, говорившего с большим эмоциональным подъемом.

Ответов - 244, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 All

Lot: Уссури пишет: Только там вроде "миноноски" а не миноносцы Нет, впрочем не принципиально- Уссури пишет: Смольянинов летчик и мог и не разбираться в кораблях Уссури пишет: "Свирь" могла. Нечем, тогда ещё буксирный пароход. Уссури пишет: Вероятно на Д.-В. погон и не снимали. Скорее всего. У Семёнова точно погоны носили. А Иванов-Ринов вообще должен по уставу одеваться, хотя, какой устав...

Уссури: Lot пишет: Конечно, описано очень правдоподобно. Но я столько обжигался на воспоминаниях, очевидцы одни и те же события по разному описывают, порой расходятся не только в днях, но и в годах. Это не воспоминания и не мемуары, это дневник с каждодневными записями. Их автор погиб в 1919 году.

Lot: Уссури пишет: Это не воспоминания и не мемуары, это дневник с каждодневными записями. Их автор погиб в 1919 году. Значит, признаю свою ошибку. Был неправ. На фото 1918г. и открытие памятника после реконструкции. Уссури, большое спасибо за участие в обсуждении фото. Побольше бы таких обсуждений фотографий по ДВ. С уважением, Lot.

Уссури: Lot пишет: Побольше бы таких обсуждений фотографий по ДВ. Всегда рад помочь.

Уссури: Lot пишет: Где на фото? Там только "Свирь" и полумёртвая "Печенга". А вот это что?

Lot: Уссури пишет: А вот это что? Раньше этой фотографии не видел. Кто-то из "Твёрдых"? А целиком фото можно?

ssergey x 100: С инета. Мин-цы типа "Т".

Dirk: ssergey x 100 пишет: С инета. Мин-цы типа "Т". Боже, а что у него с трубами-то???

ssergey x 100: Dirk пишет: Боже, а что у него с трубами-то??? Похоже за ним кто то стоит ...

Lot: На переднем плане вроде "Дружок" Бринера. Фото отсюда http://t-rm.livejournal.com/tag/%D0%97%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B2_%D0%9E%D0%BB%D1%8C%D0%B3%D0%B8

Starck: Господа! Рекомендую почитать! Очень интересно про эвакуацию Сибирской флотилии из Владивостока. Воспоминания кадета Маркова. Имеются любопытные подробности. http://qclk.ru/kB/6Yg01 Пришлось сканировать убитую ксерокопию с газеты, вообще почти не читаемо было...

Lot: ПОСЛЕДНИЙ АНДРЕЕВСКИЙ ФЛАГ Тебе, Андреевский флаг, мое первое слово, Тебе, безмолвному свидетелю служения флота Родине, Тебе, участнику славных побед, Тебе, делившему горечь поражения Порт Петропавловск-на-Камчатке. Ясное утро 2-го ноября 1922 года. В семь часов сорок пять минут после "повестки" судовой горнист канонерской лодки "Магнит" играет "Большой сбор". Вахтенный начальник мичман М. И. Никифоров (штурманский офицер корабля) командует: "Гардемарины и команда на шканцах, во-фронт!" Быстро сбегаются люди и через пять минут все уже в сборе: гг. офицеры выстроились на юте, гардемарины - на правых шканцах во главе первой вахты команды, вторая вахта - на левых. Офицеры тихо ведут беседу о предстоящем уходе с берегов Камчатки, которую все полюбили. Команда: "Смирно, господа офицеры!" дает знать, что командир корабля, лейтенант Д. А. фон Дрейер, на палубе. Обойдя фронт гг. офицеров и приняв утренний рапорт от старших специалистов и старшего офицера, командир обходит фронт и здоровается с гардемаринами и командой, которые стройно, чуть нараспев, бодро отвечают обычным: "Здравия желаем, господин лейтенант!" Раздается тихий, но ясный голос вахтенного начальника: "Без пяти минут восемь, господин лейтенант". Сигнальщики у кормового флага и гюйса на баке замерли в ожидании. Горнист, приложив мундштук к губам, "греет" горн, чтобы тот не "скиксовал". "На флаг и гюйс", - раздается бодрая команда Миши, и все взоры обратились на корму. "…Последний подъем родного флага в водах Камчатки, в водах российских… последний, - невольная мысль у всех на уме, - мы последний корабль под славным Андреевским флагом в российских водах, на родине…" "Флаг и гюйс поднять!" - командует мичман Никифоров, чем нас всех отрывает от мыслей об уходе… Как-то резко сорваны фуражки, и взоры всех устремились на корму, где флаг, затрепетав в налетевшем легком шквале, распустившись за поручни юта по ветру, открыл свой голубой Андреевский крест и медленно-медленно пошел кверху. Андреевский флаг… наше Святое Знамя, Флаг Петра Великого, адмиралов Сенявина, Ушакова, Нахимова, Завойко, Макарова и Колчака, во всей своей красе распустился в последний раз на российском корабле, в российских водах далекой окраины нам всем дорогой и милой Родины… Последний Флаг… Сколько мыслей роится в голове каждого, стоящего на палубе корабля "Магнит", готового покинуть и, быть может, навсегда, родные воды… Последний Флаг… Замолк горнист… "На-кройсь! - опять командует Миша, - гардемаринам и команде - разойтись!"… Закончен последний подъем Флага "с церемонией" в водах российских Дальнего Востока и Камчатки, отошел в историю, и навсегда. Этот обычай - церемониал, повторявшийся изо дня в день во всех уголках нашей необъятной Родины, где бы ни находился хотя бы один российский корабль. В четыре часа для канонерская лодка "Магнит", приняв на борт отдельную морскую роту во главе с ея командиром лейтенантом Сеньковским, а также часть чинов гарнизона Петропавловска, покидает воды Камчатки с тем, чтобы соединиться с отрядами судов адмирала Ю. К. Старк, которые 24 октября оставили Владивосток. Вернулся с берега и поднят на палубу последний "мотор", и связь с берегом прекратилась… последняя связь с родной землей… когда-то Господь приведет нас опять вступить на родную землю… Пароход Добровольного Флота "Сишан" с частями гарнизона и всеми теми, кто пожелал разделить нашу горькую участь оставления Родины, выходит из конца гавани и, пройдя вдоль борта "Магнита", ложится на курс к выходу. Трехцветный флаг, служивший всем русским людям как Знамя России Национальной, уходит с верными своему долгу людьми и долго, долго, может быть, не увидит Петропавловск этого знамени… долго. Быть может, среди оставшихся тоже есть много русских людей, верных своей Родине, много и сынов Камчатки и Алеутии осталось там разделить участь Родной Страны… Но мы, волею Божией уцелевшие остатки славного императорского российского флота, мы все, кто ушли на "Магните", имеем право честно и прямо сказать, глядя в глаза России, что долг свой перед Родиной в мере предоставленных нам возможностей мы выполнили до конца. Долг наш перед Родиной, которая к тому времени уже называлась С.С.С.Р. по всей своей необъятной шири, за исключением лишь далеких окраин, оставляемых нами, и символизировавшаяся там кроваво-красным флагом, долг свой мы выполнили тем, что беззаветно, бесстрашно и бескорыстно несли мы службы свои по охране Земель Русских и кровью своей защищали интересы Государства Российского. К концу 1922 года мы все прекрасно понимали и знали, что борьба наша с советской властью - борьба неравная; тем не менее, мы, помня заветы Петра и не взирая на неравность борьбы, продолжали блюсти границы нашей Родины и защищать ея окраины от хищников всеми силами и до последней возможности. Наши северные владения и Камчатка требовали внимательного надзора и заботливого ухода за их богатствами и промыслами и защиты их от анархических банд, бродивших в крае. Наши бобры, котики и голубые песцы Командорских островов, камчатская пушнина, рыба, золото и прочие богатства вот уже несколько лет хищнически уничтожались, и русское добро вывозилось из края безнаказанно во всех направлениях. Необходимо было восстановить действительную охрану наших побережий Камчатки и северного края с их промыслами и в корне пресечь самоуправство соседей, которые давно перестали считаться с часто сменяющими вехи местными правительствами, не имевшими фактически необходимой связи с Россией, и потому не обладавшими ни авторитетом, ни реальной силой для борьбы с хищничеством и самоуправством, которое дошло до того, что были даже организованы особые комиссии по изучению богатств Камчатского края и Чукотского полуострова и "промышленники" наших соседей свободно "обследовали" край. Адмиралом Ю. К. Старк, командующим Сибирской Флотилией во времена Приморского правительства, возглавлявшегося тогда Д. С. Меркуловым, для этих целей и был выбран из состава судов флотилии "Магнит". Хотя решение о посылке канонерской лодки "Магнит" на охрану побережий Камчатки было еще не окончательное, с ранней весны 1922 года мы лихорадочно стали готовиться к ответственному и серьезному плаванию, которое предстояло нам произвести на нашем утлом суденышке, плавание, которое стало и эпическим, и историческим. Канонерская лодка "Магнит" всего только около 900 тонн водоизмещения. Судну, построенному для обслуживания Владивостокской крепости в роли минного кабельщика крепостного минного баталиона, пришлось совершить плавание у берегов Камчатки, Берингова пролива и даже частично в Северном Ледовитом океане, плавание, которое действительно и бесспорно было эпическим и стало историческим. Учитывая серьезность и ответственность плавания и предназначаемой задачи "Магниту" офицерский и личный состав его потому был выбран и назначен по трем признакам: "марсофлотство", морские знания и опыт, личное удальство. Командование канонерской лодкой "Магнит" было вверено лейтенанту Д. А. фон Дрейер, совершившему в предыдущий год короткий поход к камчатским берегам и на Командорские острова в условиях совершенно ненормальных, но с большим успехом данные ему задачи выполнившему. Ему было предоставлено право выбора как офицерского состава, так и команды, соответствующих специальному назначению и роду предстоящего плавания, в полной мере по указанным признакам, чем хотя бы отчасти и немного можно было бы возместить те недостатки в качествах корабля, которые по условиям того времени невозможно было исправить или по соображениям техническим, или просто из соображений финансовых. Неудивительно поэтому, что личный состав корабля "Магнит" был сплочен между собой от командира и до юного добровольца-матроса и жил одной семьей, спаянной желанием служить Родине до последних сил и последних возможностей. Необходимо сказать, что канонерской лодке "Магнит" предстояло быть не только охранно-боевым кораблем, но и учебным судном, ибо в северное плавание на "Магните" шли гардемарины, которым необходимо было дать не только теоретическую подготовку военно-морских наук по программе Морского Корпуса, но и практическое плавание и морской опыт, столь необходимые каждому офицеру флота, которыми готовились быть наши гардемарины. Для этой цели из состава офицеров "Магнита" были выбраны и назначены преподаватели-инструкторы для занятий с гардемаринами по специальным наукам, которые происходили в течение всего плавания совершенно регулярно, независимо от операций на побережьях. Уместно также будет сказать здесь, что как гг. офицеры, так и весь личный состав корабля "Магнит", готовясь в серьезное и ответственное плавание, ни разу не обмолвились о своем будущем, а материального вопроса, денежного, как бы и не существовало: мы все готовы были нести службу свою по совести, но не за страх или материальное вознаграждение - служили Родине и Родному Флагу идейно и бескорыстно. Андреевский флаг - этот символ верности и безграничной любви, любви до самозабвения ("…я не могу быть распят на таком же кресте, как Учитель", - сказал Св. Андрей Первозванный, когда его хотели распять на "прямом" кресте), Флаг сочетания цвета правды и чистоты и Синего - цвета лазурного моря и неба. Этот Флаг своим косым крестом, крестом Св. Андрея Первозванного, был всегда нам символом служения Родине, служения честного, бескорыстного и верного, по заветам Великого Петра и Адмиралов Российских от времен Гангута и до последних дней жизни Адмирала Колчака. Лихорадочно готовился "Магнит" к предстоящему плаванию. После трехмесячной интенсивной работы, в которой лично принимали участие все, от командира и до младшего матроса-добровольца, усилиями личного состава корабля и Владивостокского военного порта "Магнит" вышел на рейд, и мы могли сказать: "Мы готовы". Однако только к концу июня месяца адмирал Ю. К. Старк смог отпустить "Магнит", который был ему необходим в операциях, которые флотилия вела вдоль побережья Приморской области и острова Сахалин. После обыденных приемок из порта запасов снабжения и провизии, правда, в количествах очень незначительных, так как полное наше пополнение нам предстояло произвести в пути, в Японии, настал желанный и долгожданный день. 22-го июня 1922 года после инспекторского смотра, произведенного кораблю адмиралом Ю. К. Старк и его начальником оперативной части капитаном 2-го ранга А. П. Ваксмут, после обыденных рукопожатий, троекратного лобзания по обычаю русскому, командующий пожелал кораблю "Магнит" благополучного плавания и восвояси благоприятного возвращения. В десять часов "Магнит" отдал конец с бочки и покинул Владивосток, чтобы, как потом оказалось, более никогда не вернуться. Эпическое плавание канонерской лодки "Магнит" у побережья Камчатки, Командорских островов и в Беринговом море вошло в историю флота, как плавание последнего носителя Славного Андреевского Флага в Российских водах, как корабля, унесшего этот Флаг от родных берегов чистым, в сознании выполненного до конца им долга перед Родиной и не опустившего Флага до конца дней своих. Канонерская лодка "Магнит" вышла из Владивостока в следующем составе: - командир корабля - лейтенант Д. А. фон Дрейер. Ныне здравствует (Китай); - старший офицер - лейтенант Ю. А. Степанов. Ныне здравствует (Китай); - старший штурман - мичман П. Н. Волчанецкий. Ныне здравствует (Китай); - младший штурман - мичман М. Н. Никифоров. Ныне здравствует (Китай); - вахтенный начальник и ротный командир - лейтенант М. Подиметопуло. Ныне здравствует в С.А.С.Ш.; - вахтенный начальник и артиллерийский офицер - мичман М. В. Дешуков. Умер на Филиппинах; - вахтенный офицер - мичман И. А. Буланин. Ныне здравствует (Британская Колумбия); - вахтенный офицер - корабельный гардемарин В. Киркор. Ныне здравствует (Китай); - старший судовой механик - поручик по механической части И. И. Котуновский. Умер в Шанхае; - 2-ой судовой механик - подпоручик И. Г. Сергиенко. Местопребывание неизвестно; - 3-ий судовой механик - машинный кондуктор В. К. Валшкис. Ныне здравствует (Китай); - судовой врач - лекарский помощник П. Н. Степанов. Местопребывание неизвестно; - старший судовой боцман - кондуктор флота В. М. Кобелев. Местопребывание неизвестно. Гардемарины: - Г. Петренко - ныне здравствует (Китай); - А. Поляков - погиб на патрульном судне "Лейтенант Дыдымов"; - П. Дорошенко - умер в Шанхае; - В. Смеленец - ныне здравствует (Филиппины); - П. Лашков - ныне здравствует (С.А.С.Ш.); - Н. Вельмин - местопребывание неизвестно; - И. Колосов - ныне здравствует (С.А.С.Ш.); - П. Дубнитский - ныне здравствует (С.А.С.Ш.); - Ю. Хейсканен - ныне здравствует (С.А.С.Ш.); - М. Савитский - ныне здравствует (С.А.С.Ш.); - А. Никошин - ныне здравствует (С.А.С.Ш.); - В. Смирнов - ныне здравствует (С.А.С.Ш.); - Н. Деснитский - ныне здравствует (С.А.С.Ш.). Магнитец, 12 октября 1940 г., Шанхай Буланин Игорь Александрович (Андреевич) , МКК (МУ), 44-ый кл.

Starck: Отлично! Спасибо

Lot: М. Ф. ОРЛОВ. НА КАМЧАТКЕ В 1921 И 1922 ГОДАХ В первых числах июня 1921 г. Камчатский Ревком получил телеграмму от Крайисполкома, в которой сообщалось, что для исследования Командор на Камчатку прибудет тов. Якум с двумя сотрудниками, и ему предлагалось оказать всяческое содействие. Дня через четыре "Адмирал Завойко" прибыл в Петропавловск и отшвартовался у угольной пристани. Спустя час т. Якум со своими сотрудниками был принят председателем Ревкома И. Лариным. Тов. Якум представлял из себя типичного коммивояжера. Курчавый брюнет, орлиный нос, правый глаз косил, держал себя самоуверенно. На второй день после экстренного заседания Областного Ревкома, тов. Якум с сотрудниками на пароходе "Адмирал Завойко" ушел в море. Курс был взят на Командоры. Во Владивостоке в это время уже произошел переворот, и было образовано Приамурское Национальное правительство. Командоры отстоят от Петропавловска в расстоянии восемнадцати часов плавания. Эти острова обладают морскими бобрами, котиками и голубыми песцами. Промысловое население состоит из 300 алеутов. Закон 1893 г., изданный по соглашению с канадским правительством, устанавливает тридцатимильную запретную зону около Командорских островов. На эти острова и прибыл т. Якум. Он собрал здесь всех алеутов острова Беринга, а потом и Медного, и объявил, что отныне острова принадлежат алеутам, и они должны управляться на выборных началах. Была устроена манифестация. Алеуты табуном пошли на кладбище и на могиле умершего от спирта запели нестройными голосами вместо: "Вы жертвою пали…" - "Ми жиртвую пули в бурьбе руковой…" На второй день т. Якум забрал пушнину и объявил алеутам, что они за пушнину получат все, что захотят, то есть от дегтя до бриллианта, и он, Якум, постарается поторопить груженые пароходы, якобы стоящие во Владивостоке и ждущие только распоряжения т. Якума о выходе. Ждали алеуты якумовских кораблей до закрытия навигации, так и остались на зиму голодными и холодными. Недели через две в Петропавловск на имя председателя областного Ревкома Ларина была получена шифрованная телеграмма следующего содержания: "Прибыли благополучно. Завойко отдал якорь Вампу, Шанхай. Якум". Вторая радиотелеграмма гласила: "Пушнина реализована за 175 тысяч. Плавучий штаб ЧеКа учрежден порту Шанхай борту Завойко. Работа ведется среди китайских студентов, иностранных моряков, старшинок артелей. Разрабатываем ряд крупных забастовок. Почва дает хорошие плоды. Якум". 6 мая 1922 г. пишущий эти строки приказом особоуполномоченного Временного правительства в Охотско-Камчатском крае был командирован на Командорские острова для наблюдения за выполнением договора, заключенного Акционерным обществом "Нихон-Моохи" от 11 апреля 1922 г., купившим командорскую пушнину, упромышленную в зиму 1921-1922 гг. Комиссия состояла из уполномоченного, пищущего эти строки, государственного контролера, двух представителей от фирмы "Нихон-Моохи", двух офицеров и десяти охранников. 8 мая пароход "Взрыватель" подошел при большой качке к острову Беринг. К борту парохода с берега подошли два вельбота с алеутами. После опроса старосты острова, комиссия отбыла на берег. На другой день были обследованы склады, в коих кроме тощих крыс и порченных консервов, ничего не оказалось. Срочно было приступлено к выгрузке товаров и всех продуктов, предназначавшихся для населения. У алеутов коммунистическая зараза, оставленная т. Якум, слетела, как шкурка с котика и, несмотря на истощенность от голода, все были настроены празднично. Спустя неделю рано утром ко мне резко постучал в дверь надсмотрщик за промыслами и таинственно сообщил: японцы с крейсера высадили десант. Наскоро одеваюсь, выхожу и вижу: на рейде действительно стоит японский крейсер "Ивами", который зимовал в Петропавловске. По отливу по направлению к селению двигался беспорядочной толпой десант. Беру направление на соединение с десантом, который остановился и сбился в кучу. Подхожу вплотную и своим глазам не верю - без головных уборов стоят алеуты, одетые в японскую морскую форму. Впоследствии было выяснено, что с крейсера было сброшено несколько тюков старого обмундирования, которое и было алеутами подобрано. Собранная пушнина на Командорских островах на 100 тысяч золотом была сдана представителям фирмы "Нихон-Моохи". Согласно договора, фирма полностью снабдила население островов всеми продуктами и товарами необходимой потребности. 22 декабря 1922 г., когда мы с Камчатки прибыли в Шанхай, на рейде в Вампу мы обратили внимание на облупленный, грязный, обросший ракушками "Адмирал Завойко". Тов. Якум израсходовал полученные за пушнину на насаждение коммунизма 175 тысяч золотых долларов и, втянув в это дело местных китайских компрадоров на несколько десятков тысяч, отправил "Адмирал Завойко" во Владивосток, а сам остался в Шанхае для продолжения намеченной цели - коммунизации Китая. Продолжение следует

Lot: Lot пишет: Продолжение следует Продолжение "Наступала осень 1921 г. Жители Петропавловска стали поговаривать о перевороте, но кто и когда будет переворачивать, никто указать не мог, а перевернуться охота: уж больно долго советчики засиделись у власти и уж очень всех прижали. Шутка сказать, с декабря 1919 г. - срок порядочный. В Петропавловске на почте и на телеграфе была введена строгая цензура, но для пассажиров японского парохода, прибывшего из Владивостока в Петропавловск, ее не существовало, и они таинственно передавали последние новости, из которых самой большой было - готовиться к перевороту. Камчадалы не верили разговорам и просили подтвердить это фактами. Пассажиры удовлетворили это их любопытство и сообщили, что есаул Бочкарев, несмотря на рогатки, поставленные ему во Владивостоке, продолжает грузиться с отрядом на пароходы и что он, вероятно, очень скоро будет на Камчатке. Местная власть заволновалась. Заработали радио и телеграф. Власти предупреждали из центра свои органы по уездам о надвигающейся опасности. Представитель от Охотска Щербаков находился в Петропавловске и поспешил послать радио следующего содержания: "Охотск Ревтройке. Белобандит Бочкарев с отрядом вышел из Владивостока. Вероятно, зайдет в Охотск. Примите самые строгие меры. 127. Уполохотска Щербаков". На второй день Щербаков получил ответ на свою телеграмму: "Уполохотска Щербакову. Петропавловск. 127. Самые строгие меры приняты. Охотская ревтройка шлет привет из Охотской каталажки. Есаул Бочкарев". Эта радиограмма буквально ошарашила Губисполком, и для него стало ясно, что Охотск пал и занят бочкаревцами. Стали готовиться к эвакуации Петропавловска и таскать в сопки провизию и оружие… Была темная октябрьская ночь. У одного из чиновников собрались на семейное торжество сослуживцы разных ведомств. После выпитой бражки стали смелее обсуждать политические вопросы. "Но вот, представьте себе, господа, - заявил доктор, - что камчатская власть покидает Петропавловск, уходит в сопки и т. д."… В это время Бочкарев успел уже занять Охотск и, оставив там маленький отряд на месте, со штабом и отрядом высадился в Наяхане, а своего начальника штаба генерала Полякова с сотней казаков на посыльном судне "Свирь" отправил занять столицу Камчатки - Петропавловск. "Свирь" не дошла до маяка на пушечный выстрел. Заметив на горизонте шлюпку, ей был дан сигнал подойти к борту. В шлюпке оказались два охотника-камчадала. Одному их них генерал вручил пакет, который должен был быть доставлен в Петропавловск представителям власти, но власть уже бежала в сопки, и пакет был передан председателю городской управы. Вот с этим-то пакетом и влетел, как метеор, городской голова на семейное торжество, с возгласом: "Господа, сенсация! Мною получен приказ от какого-то начальника Северного экспедиционного отряда". Содержание приказа примерно таково: как начальник Северного экспедиционного отряда предлагаю завтра к восьми часам утра доставить на борт парохода "Свирь" все имеющееся на руках у жителей огнестрельное оружие, не оказывать вооруженного сопротивления чинам вверенного мне отряда и т. д. Заканчивался приказ следующими словами: "Разобью весь город - не оставлю камня на камне. Начальник штаба СЭО Генерального штаба генерал-майор Поляков". Доктор предложил всем присутствующим на торжестве отправиться в Народный дом на собрание. Забили в набат. Горожане стали собираться. Горожанам был зачитан приказ грозного генерала. Самым трудным делом был вопрос о сдаче оружия, так как в городе было уже безвластие. Горожанами был организован немедленно Комитет общественной безопасности и избрана мирная делегация, на обязанности которой и легло собрать оружие и доставить таковое на "Свирь". Всю ночь бегали по домам и уговаривали сдавать оружие. Некоторые интересовались пушками генерала: "Однако, паря, большие, если камень на камне не оставит". И вот наступило зловещее утро. Такого утра камчадалы не знали со времени наступления англо-французской эскадры в 1854 г. К семи часам утра оружие было собрано. Члены Комитета обратились к домовладельцу Захарову с просьбой предоставить его катер для перевозки собранного оружия на "Свирь". Городской голова заявил ему: "Ну, Захаров, катер у тебя хороший, хочешь подряд сломать?" "Дак, пошто не так, от хорошего заработка не отказываемся". "Ну, тогда подавай катер к пристани". Когда из казенного склада принесли и положили на катер первую партию оружия, Захаров, побледнев, дрожащим голосом заявил: "Нешто православных можно на убоину посылать"… Городской голова торопил: "Господа, живее, уж полчаса восьмого". "Все готово, ну, с Богом!" Члены комиссии прыгнули в катер, и он отвалил. Захаров сел за руль. На мачте взвился белый флаг мирной делегации. Обогнули мыс Никольской сопки. На горизонте Авачинской бухты стоял грозный двухтрубный "Свирь". С пушек чехлы были сняты и наведены на катер мирной делегации. С Захаровым случился грех - у него от перепуга оказался сильный приступ медвежьей болезни… Подошли к "Свири". Наскоро выгрузив оружие, Захарова отправили домой. Члены мирной делегации были приняты генералом в кают-компании. Десант высаживался не сразу. Сперва генерал высадился на берег с начальником личной охраны, отрядным священником и с несколькими казаками. Только после полной инспекции всего города генерал отдал приказ выгружаться. Генерал оказался человеком добрым и общительным. Как-то после оккупации города местный уездный врач спросил генерала: "Никита Андреевич, скажите, пожалуйста, с каким вооружением и боевыми припасами Вы пришли занимать столицу Камчатки?" "Извольте слушать. "Свирь" при выходе из Владивостока имела две маленьких пушки (макленки) и ничтожное количество к ним снарядов. В Охотске пришлось обстрелять берег, чтобы дать возможность высадиться десанту. Петропавловск я шел занимать без денег, без продовольствия, без обмундирования, без оружия и снарядов. На весь отряд я имел десять берданок с ограниченным количеством патрон. Вот и все вооружение моего отряда". "Местные партизаны гораздо сильнее Вашего отряда, они имеют автоматы, неограниченное количество патрон и бомбы. Выходит, что Бочкарев говорил Вам неправду?" Генерал посмотрел на доктора и ответил словами Л. Андреева: "О, какое безумие быть человеком и искать правды". Уста генерала молвили истину. Вскоре прибыл в Петропавловск пароход "Взрыватель", на котором оказался особоуполномоченный по Камчатской области Х. П. Бирич и штат областной администрации (Бирич прибыл на "Кишиневе". - Ред.). Так был освобожден Петропавловск небольшим отрядом Оренбургского казачьего войска, с честью пронесшим борьбу за Национальную Россию с Урала до крайних пределов нашей Родины — Камчатки." Продолжение следует.

Lot: Фотографии к предыдущему посту

Lot:

Lot: Продолжение следует.

Lot: Lot пишет: Продолжение следует. Продолжение Приезд членов Особого совещания при правительстве. Вскоре после занятия Петропавловска между военными и гражданскими властями возникли разногласия, принявшие затяжной и весьма прискорбный характер. Создавшееся в Петропавловске тревожное положение вынудило Приамурское правительство в декабре 1921 г. отправить на Камчатку пароход "Охотск" (это был первый зимний рейс на север) с членами Особого совещания при правительстве А. А. Пуриным и И. Д. Добровольским. После месячного плавания вокруг Японии с заходом в разные ее порты, "Охотск" 21 января 1922 г., обледенелый до верхушек мачт, прибыл в Петропавловск, доставив сюда казенные грузы и различные товары для фирмы "Фукуда-Гуми", открывшей в Петропавловске отделение. Прибывшими было доставлено на Камчатку от Временного Приамурского правительства обращение к населению Охотско-Камчатского края, в котором население призывалось принять участие в общем великом и святом деле возрождения нашей Родины. "Те, кто с оружием в руках, волей или неволей, боролся против русской национальной власти Приамурского правительства, пусть оставят оружие и возвращаются к своим домам, где живут их семьи, где так надобен их труд. Те, кто служил, так или иначе, павшей власти, если в них бьется русское сердце и сохранилась любовь к Родине - России, - пусть идут работать вместе с нами…", - говорилось в этом обращении. Оно было разослано по деревням и селениям и тепло встречено населением. Прибывшими было созвано под председательством особоуполномоченного Х. П. Бирича совещание начальников учреждений, ведомств и представителей города, на каковом было достигнуто примирение, и была установлена известная градация подчинения воинских групп начальнику гарнизона Петропавловска Генерального штаба генерал-майору Н. А. Полякову. Было также установлено, чтобы впредь все распоряжения, касающиеся вооруженных военно-морских сил, отдавались гарнизону не особоуполномоченным, а через начальника гарнизона. Прибывшие вошли в связь с начальником Северного экспедиционного отряда полковником В. И. Бочкаревым и обещали ему оказать помощь в переброске из Петропавловска в Наяхан находящейся здесь части отряда во главе с генералом Поляковым. Из разных мест Камчатки приезжали представители населения, чтобы повидаться со старыми приятелями, прибывшими из Владивостока. Все говорило за то, что порядок в крае наладится, ибо население не сочувствовало большевикам. Партизанский отряд, прекрасно снабженный и вооруженный, не был своевременно ликвидирован. Агенты красных разъезжали по рыбалкам и селениям и вербовали анархически настроенных русских. Им стало известно о неладах в Петропавловске, и это привело к активным выступлениям красных. Прибывший в Петропавловск вместе с гг. Пуриным и Добровольским полковник кирасирского полка Лукомский генералом Поляковым был отправлен в селение Завойко, отстоящее от Петропавловска в тридцати верстах. По пути туда полковник Лукомский был перехвачен красными и около проезжей дороги умучен. Приезжавшие крестьяне рассказывали, что он был привязан к дереву и поливался водой, пока не замерз. Труп оставался в таком обледенелом виде до весны. Вслед за этим на окраине города были убиты три казака, поехавшие за сеном, а затем Петропавловск был обложен красными, с которыми проходили частые стычки. Отряд красных партизан быстро возрастал и достиг пятисот человек. В его составе было много лиц, принимавших в прошлом участие в отряде Тряпицына в Николаевске-на-Амуре. В Петропавловске создалось чрезвычайно тяжелое положение. Сообщение с Владивостоком было прервано. Транспорт "Охотск" замерз в Авачинской бухте, и только в конце апреля, благодаря тому, что командир японского транспорта "Канто" и начальник японских десантных войск капитан 1-го ранга г. Сицида предоставил "Охотску" уголь, он мог выйти в Японию и дальше во Владивосток, куда и отбыли гг. Пурин и Добровольский, и где ими был сделан доклад правительству о положении дел на Севере. Лето 1922г. - 2 ноября 1922г. Вскоре после этого из Владивостока на Камчатку был отправлен капитан 1-го ранга г. Ильин с отрядом моряков на канонерской лодке "Магнит". По прибытии в Петропавловск капитан 1-го ранга Ильин вступил в управление областью и вооруженными силами вместо особоуполномоченного Х. П. Бирича. Генерал Н. А. Поляков с частью своего отряда выехал в Наяхан и присоединился к полковнику Бочкареву. Во Владивостоке тем временем произошел новый переворот, приведший к власти генерала Дитерихса. В числе мероприятий в отношении русского Северо-Востока было: 1) Предоставление Якутии прав автономного самоуправления и отправка в Аян для действий в Охотско-Якутском крае экспедиции генерала Пепеляева и его начальника штаба генерала Вишневского и 2) Назначение начальником Камчатской области генерал-майора П. М. Иванова-Мумжиева и его помощником по гражданской части знающего Камчатку и популярного там А. А. Пурина. Еще до прихода новой администрации в Петропавловск ходили слухи, что Владивосток пал, и что Петропавловск будет эвакуирован. Новая администрация и эвакуация. 25 октября в Петропавловск прибыла новая администрация области, отряд пластунской сотни под командой полковника Лаврова, епископ Даниил, офицерский состав и лица гражданских ведомств. В тот же день был отдан приказ о вступлении генерал-майора Иванова-Мумжиева в управление краем и о назначении капитана 1-го ранга Ильина начальником всех войск и частей флота, оперирующих в водах Камчатской области. Когда сведения о крушении Приморской государственности подтвердились, был собран военный совет, который и постановил эвакуировать Петропавловск 2-го ноября. Против таковой эвакуации было население и большинство военных и гражданских начальников. Зная хорошо край и его возможности, А. А. Пурин был сторонником создания из северо-восточных областей буфера, который при наличии неисчерпаемых естественных богатств мог бы не только защитить себя, но и дать возможность сотням тысяч русских людей жить и работать у себя на родине. Еще задолго до отъезда на Камчатку начальник тылового района адмирал Старк неоднократно вызывал к себе А. А. Пурина и вел с ним разговоры о возможности создания на территориях Камчатской и Якутской областей автономной государственности. Перед отъездом из Владивостока новой администрации адмиралом Старком было указано, что Владивосток продержится недолго, и что он решил эвакуировать корабли и военные силы на Камчатку и предложил подготовить Петропавловск и его окрестности для размещения тридцати тысяч человек. Все это казалось весьма естественным, так как в Охотском, Гижигинском и Якутском краях находились значительные антисоветские вооруженные силы и сочувствующее им население. План создания краевого Северо-Восточного правительства был сочувственно встречен и поддержан представителями соседних стран. Огромный Камчатский край мог бы вместить миллионы людей, которые пожелали бы заняться мирным трудом. Кроме необходимых продуктов - муки, чая, сахара, масла - все остальное для жизни можно иметь на месте, а что недостает - получить из Японии, Канады и Америки. Уголь, золото, рыба, пушнина, китовый промысел, огородничество давали возможность работать всем, кто только пожелает. Полезные и целесообразные советы знатоков края во внимание приняты не были, и 2-го ноября Петропавловск был оставлен, а находившиеся в Гижиге, Охотске и Аяне военные силы предоставлены сами себе без кораблей и без связи. Они были обречены на гибель, которой, по общему мнению, можно было бы избежать, если бы Петропавловск не был эвакуирован, и туда, вместо Гензана, был бы направлен флот и вооруженные силы Дальнего Востока. Нам вспоминаются слова генерала Полякова, сказанные им накануне отъезда в Гижигу к полковнику Бочкареву: "Пускай я не вернусь. Я твердо верю, что победа будет за нами. Пусть только возможные неудачи не останавливают других бойцов. Я прошу лишь об одном: если мы погибнем - продолжайте и закончите наше дело…" Никита Андреевич Поляков, В. И. Бочкарев и все чины отряда погибли в Гижиге в начале 1923 г. Х. П. Бирич был расстрелян во Владивостоке. Скоро сдался в плен и отряд генерала А. Н. Пепеляева, и на Северо-Востоке воцарилась советская власть. Северо-Восток России оказался местом последней схватки между белыми и красными, и разыгравшиеся здесь эпизоды полны глубокого трагизма. Продолжение следует.

Lot: Фотографии к предыдущему посту

Lot: На 2-х крайних снимках суда ещё не определены. Продолжение следует.

Lot: Lot пишет: Продолжение следует. На положении эмигрантов. В середине ноября 1922 г. мы стояли в Хакодате, выжидая решения нашей дальнейшей участи. "Магнит" с капитаном 1-го ранга Ильиным ушел в Гензан на соединение с эскадрой адмирала Старка. А. А. Пурин отбыл в Токио для выяснения нашей судьбы и изыскания средств на нашу дальнейшую переброску в Шанхай, если нельзя будет расселить нас в Японии. Сообщения с берегом не было, и более трехсот человек проживало в железной коробке, называемой пароходом "Сишан", в трюмах, скудно питаясь из общего котла. Периодически японцы привозили нам кое-какие деликатесы, детям молоко и изредка под свою ответственность свозили нас на берег, угощали в ресторанах, возили на горячие ключи в Юнакава и опять доставляли на пароход. Отношение со стороны японцев ко всем нам было сердечное, но, понятно, никто не мог переступать закона и выпустить нас на берег. Из Мурорана прибыли новых 60-70 эмигрантов, выбравшихся из Охотска, и присоединились к нам. Тем, кто пожелал выехать во Владивосток, не препятствовали. Их снабжали документами и деньгами по 50-60 иен на человека и с миром отпускали в советский рай. В трюмах царила зеленая скука. На нарах два сидевших сотника за рюмкой рисовой водки, вспомнили, что они не представлены друг другу. Один из них сказал: Разрешите представиться: по флоту матрос 1-й статьи, по-казачьему - сотник Любченко. - Очень приятно. По казачьему сотник, а ежели считать по якутскому тракту - командующий северной армией Бороденко. - Скажите, пожалуйста, - спросил Любченко, - на каком участке находилась ваша армия? - Вы что, сотник, с луны упали? Про армию якутского тракта знавали за пределами Камчатки. - Холодно было командовать армией? - Да нет, также как в Сибири. Знаете, сотник, несмотря на морозы, я проделал зимние маневры. Было у меня четыре адъютанта: по строевой, оперативной, хозяйственной части и адъютант-переводчик. Только я, командующий, был один русский, а остальная команда состояла из инородцев. Был отдан мною приказ: разделить армию на белых и красных поровну. Ввиду того, что армия находилась в стадии формирования, в день маневров в ней числилось 150 человек. Одна половина, белых, спряталась за сопку, а вторая половина, красных, в котловину. Был дан сигнал с наблюдательного поста наступать. Стали постреливать. Смотрю, что-то стали отставать цепи, как у красных, так и белых. Был послан адъютант подтолкнуть лежащих, который, возвратясь, доложил, что все лежачие оказались убитыми… С большим трудом удалось прекратить огонь… Красные заявили, что белые первые стали залповать боевыми патронами, но мы тоже залпанули по белым. Результат - 25 убитых, никого раненого. Спрашиваю адъютанта-переводчика: "Почему ни одного раненого?" "Мы, северяне, привыкли охотиться на зверя, чтобы шкуру не портить, бьем в голову"… Разговор их был прерван тревожными гудками парохода "Сишан". Все обитатели трюма выбежали на палубу, где выяснилось, что кочегары парохода не желают продолжать дальнейший рейс и старались с корабля спустить на воду шлюпки… Полковник Баженов хотел этому воспрепятствовать, но был остановлен генералом Ивановым-Мумжиевым и между ними произошла крупная перебранка. Команда парохода "Сишан" состояла из большевиков и им сочувствующих и была японской полицией возвращена с берега на корабль. На второй день агент Добровольного флота Данич и консул Лебедев доказали японским властям, что пароход "Сишан" тридцатипятилетней давности и без капитального ремонта выйти в море не может На выхлопотанные А. А. Пуриным и переведенные из Токио деньги был зафрахтован пароход "Кинки-мару", куда и перегрузились все эвакуирующиеся. Через несколько дней пароход направился в Шанхай, куда прибыл 22 декабря 1922 г. после двадцати дней плавания. Все выехавшие с Севера после долгих мытарств высадились в Шанхае и начали нести тяжкий крест русского эмигранта. С тех пор прошло восемнадцать лет. Многие сложили свои головы в Шаньдунской армии, но оставшиеся в живых полны воспоминаниями о Севере, его чарующих красотах и ждут того счастливого часа, когда судьба вернет их на Родину. Любченко Георгий Александрович, кадет МКК (МУ), 44 кл. В составе 3-й роты ОГК в 1917-1918гг. находился в учебном плавании на Вспомогательном Крейсере «Орёл», гардемарин. С лета 1918г. в Отдельной морской роте в полосе отчуждения К.В.Ж.Д. С 01.12.1918г. в МУ во Владивостоке. 09.12.1918 г. Постановлением учебного совета отчислен из училища и направлен для прохождения дальнейшей службы в 1-й конный атамана Семенова полк. В ноябре 1919г. вместе с полком участвовал в боях под Читой. С осени 1921г. на службе в Северном экспедиционном отряде есаула В.И. Бочкарёва в 1-ой сотне Оренбургского казачьего войска, сотник. Участвовал во взятии Охотска и Петропавловска. С ноября 1922г. в эмиграции в Японии, затем Китае. Вернулся в СССР. Продолжение следует.

Lot: 10 ноября 1922г. в Петропавловск вошли партизанские отряды во главе с В.Д. Богомоловым Город их встретил с хлебом, солью. Везде были развешаны красные флаги. 23 ноября 1922г. командование 5-й Дальневосточной армии во Владивостоке отдало приказ о формировании и отправке на Камчатку экспедиционного отряда под командованием М.П.Вольского. Его задачей являлась ликвидация оставшихся на севере области белых отрядов. 5 декабря на «военном крейсере ГЛАВКОМ УБОРЕВИЧ» (ех. пароход Доброфлота «ТОМСК») отряд вышел в море и 21 декабря прибыл в Петропавловский порт. Продолжение следует.

Lot: Lot пишет: Продолжение следует. Петропавловск, 1923г. 1. Владимир Клавдиевич Арсеньев, 2. Борис Константинович Рубцов. Рубцов Борис Константинович зачислен в МУ 11 июля 1917г. В составе 3-й роты ОГК в 1917-1918гг. в учебном плавании на Вспомогательном Крейсере «Орёл», гардемарин. С лета 1918г. в «Отдельной морской роте» в полосе отчуждения К.В.Ж.Д. С 01.12.1918г. в МУ во Владивостоке. 08.12.1918г. Постановлением учебного совета отчислен из училища и направлен для прохождения дальнейшей службы в Морскую роту. Продолжал службу в команде бронепоезда №1 Сибирской флотилии, гардемарин. В Уссурийске застрелил командира бронепоезда и ушел к партизанам. В 1920-1921г. командир Дивизиона народной охраны Правительства Приморской земской управы. Остался с СССР. Автор ряда работ по истории партизанского движения. Умер в Москве. В марте 1923г. Во Владивосток из Шанхая вернулось Посыльное судно Сибирской флотилии «АДМИРАЛ ЗАВОЙКО». В числе членов команды: комиссар корабля Орловский С.К. и штурман Романовский А.А. Орловский Станислав Клеофасович 1898г.р., 1917г. гардемарин 3-й роты ОГК. В 1917-1918гг. в учебном плавании на Вспомогательном Крейсере «ОРЁЛ». 1919г. в команде бронепоезда №1 Сибирской флотилии, унтер-офицер 2-й статьи (так в тексте). С 1920г. секретарь комиссара Сибирской флотилии. Член ВКП (б). С 1921 по 1923гг. комиссар Посыльного судна «АДМИРАЛ ЗАВОЙКО» 30.10.1941 откомандирован в распоряжение отд. Кадров. Главвостокрыбпрома. Главный капитан флота Рыбной промышленности ДВ. Арест: 07.03.1942 Осужд. 19.09.1942 Особое совещание НКВД СССР. Обв. по ст. 58-10 УК Приговор: к 10 годам ИТЛ. Реабилитиация 21.06.1965 постановлением Президиума Приморского краевого суда, основание: реабилитирован. Романовский Адриан Адамович, 1899г.р., 1917г. гардемарин 3-й роты ОГК. В 1917-1918гг. в учебном плавании на Вспомогательном Крейсере «ОРЁЛ». Член судового комитета корабля. Списался с "Орла" в Сайгоне. В конце 1918г. в МУ во Владивостоке. Постановлением учебного совета отчислен из училища и направлен в Авиационную школу в Спасске. Не доучился. Ушёл в партизаны. 1921-1923гг. штурман Посыльного судна «АДМИРАЛ ЗАВОЙКО». Военно-морское училище имени М.В.Фрунзе 1926 г. Репрессирован в 1937г. В 1945г. Капитан-лейтенант. Член РГО СССР с 1966 года. Беспартийный. Умер 07.01.1974г. В своём романе «Верность» о вояже «Адмирала Завойко» на Камчатку и Шанхай в 1921-1923гг. Романовский А.А. вывел себя под фамилией Беловеский, Орловского С.К. под фамилией Павловский, а также в книге упоминается Рубцов Б.К. Некоторые не проверенные и очень мутные биографические данные за 1918-1920гг. этих людей пришлось опустить. Нужно проверять. Что касается воспоминаний М.М. Орлова, ну так то воспоминания. Много всего там было интересного на Камчатке о чём Орлов не пишет, но видел и знал. На его текст очень хорошо фотографии ложились, чем я и воспользовался. Всех с наступающим Новым 2015 годом!

Starck: Офицеры Каспийской флотилии пришедшие во Владивосток на пароходе "Франц Фердинанд" из Басры в Мессопотамии Хотел было создать отдельную тему по этой фотографии, но потом подумал, что качество и размер фото на отдельную тему не катит...Фото прислали из архива Гувера в таком размере. А изначальный размер - сигаретная пачка. Так что рискую на свою голову навлечь гнев форумчан. Но другого качества нет и едва ли будет...Одного офицера точно можно опознать, вроде Коренев

Валерий-П: С вероятной точностью, на мой взгляд, можно опознать лишь стоящего слева офицера (третий слева). Остальных, к сожалению, лишь предположительно.

Lot: Валерий-П пишет: С вероятной точностью, на мой взгляд, можно опознать лишь стоящего слева офицера (третий слева). Остальных, к сожалению, лишь предположительно. Фомин?

Змей: Lot пишет: Продолжение следует. вдруг да пригодится )) В нормальном размере Казак Хабаров и миноносцы №№ 202, 205, 206 остальные фото из коллекции мистера Муди если интересны в размерах 4-5-6000 точек - легко, но по заявкам )) потому как я сейчас в мобильном и с трафиком проблемы ))

Змей: и еще пару - Russian marines brought to Vladivostok customs house to join battle и вряд ли наш, но пусть будет ))

Lot: Змей пишет: Russian marines brought to Vladivostok customs house to join battle На фото (взял в круг) ,вроде, гардемарин Андреев Н.Н. Где-то здесь на форуме некролог на него я выкладывал. Андреев Н.Н. Фото из коллекции А.В. Плотто.



полная версия страницы