Форум » Судьбы морские » Кладбище Сент-Женевьев де Буа. » Ответить

Кладбище Сент-Женевьев де Буа.

Автроилъ: Этот материал где-то за год до смерти мне прислал замечательный человек и выдающийся историк Русского флота Владимир Викторович Лобыцын. Вечная ему память! БЕЛАЯ ГВАРДИЯ: ПОСЛЕДНИЙ ПРИЮТ Белая гвардия: последний приют. Успенская церковь на русском кпадбище Сент-Женевьев-де-Буа. Бредить Парижем и страстно желать встречи с ним — давняя русская особенность. Еще в 1790 году молодой путешественник Николай Карамзин, приближаясь к Парижу, писал: «Вот он, — думал я, — вот город, который в течение многих веков был образцом всей Европы, источником вкуса, мод, — которого имя произносится с благоговением учеными и неучеными, философами и щеголями, художниками и невеждами, в Европе и в Азии, в Америке и в Африке, — которого имя стало мне известно почти вместе с моим именем; о котором так много читал я в романах, так много слыхал от путешественников, так много мечтал и думал!.. Вот он!.. Я его вижу и буду в нем!..» — Ах, друзья мои! Сия минута была одною из приятнейших минут моего путешествия!» К желанной встрече с Парижем я шел все первое полстолетие своей жизни. Но тогда выезд в Париж был для меня, как и для многих, так же реален, как полет на другие планеты... И вот наконец в декабре 1990 года, когда еще гремели фанфары перестройки и русские были желанными гостями за рубежом, я, как и молодой путешественник двести лет назад, приближался к Парижу — с такими же «живыми чувствами, с таким любопытством, с таким нетерпением». Я ждал встречи с парижскими музеями, улицами и площадями, бульварами, знаменитыми кафе, Сеной, Эйфелевой башней и многим другим... Но было в Париже одно место, посетить которое я считал более своим долгом, чем интересом. Это — русское кладбище Сент-Женевьев-де-Буа в южном пригороде Парижа, где похоронены и мои родственники. Живя в Париже у своих родных, я, сам поначалу этого не осознав, получил редкую возможность, попав на Сент-Женевьев, не торопиться к отъезжающему автобусу. Начало декабря в Париже было сродни нашему октябрю. И в ясный день словно бы нашей золотой осени я входил в ворота русского кладбища на окраинной улице Лео Лагранж. И началось... Была белая свеча Успенской церкви, вызывающей в памяти образ Покрова на Нерли, звонница, словно бы перенесенная сюда из древнего Новгорода, березы, еще не совсем облетевшие... Тишина... И каскад знакомых по истории и литературе русских фамилий... Но больше всего меня поразили могилы участников Белого движения. Я почувствовал, до какой степени справедливы слова князя Сергея Евгеньевича Трубецкого, запомнившиеся мне при чтении его воспоминаний, написанных в эмиграции: «Будет ли наш прах покоиться в родной земле или на чужбине — я не знаю, но пусть помнят наши дети, что где бы ни были наши могилы, это будут русские могилы и они будут призывать их к любви и верности России». На каждой из них — какой-нибудь символ ушедшей России: Андреевский флаг из голубых и белых цветов, изображение русского ордена, восьмиугольный крест с крышей и золотыми куполами-луковками, горящие в нишах крестов свечи... И оставшиеся такими злободневными слова: «Боже, спаси Россию!» — на могиле братьев Кудрявцевых, добровольцев русской Северной армии. Я обходил полковые участки алексеевцев, дроздовцев, корниловцев, моряков, казаков, лежащих плечом к плечу, как когда-то в боях... И участки, где похоронены те, кто хотел, чтобы их вспоминали как кадетов и где на каждой могильной плите лежит погон кадетского корпуса из цветного фарфора... Рассматривал воссозданный Галлиполийский памятник и думал о тех, кто покоится в тишине французского кладбища — о русских людях, страстно любивших родину, не щадивших своей жизни на войнах с ее врагами и оказавшихся далеко от ее пределов... Я уехал из Парижа, вспоминая, конечно, его неповторимый облик, уют уличной жизни, архитектурные шедевры и шедевры искусства, обаятельных парижан, но унося в сердце русское кладбище Сент-Женевьев-де-Буа. Об этом кладбище много написано, но, главным образом, как о пантеоне деятелей русской культуры за рубежом. У меня же возникло желание — как чувство долга — написать об участниках Белого движения, нашедших здесь вечный покой. Неторопливо рассказать о них, используя в палитре рассказа все краски, а не только одну. Чтобы «прикосновение к истории» не осталось только поэтическим символом. Чтобы взгляд на их могилы стал поводом поговорить о нашей недавней истории — без кавычек. И была задумана работа, в которой фотографии дополнялись бы текстом, не только сообщающим сведения из истории, но и воскрешающим — насколько это возможно — облик погребенных здесь русских людей. Начав работу, я с глубоким сожалением убедился, что практически некому рассказать о гражданской войне по собственным впечатлениям. На помощь пришли многочисленные воспоминания, изданные за рубежом и наконец-то ставшие доступными для чтения в России. Материалы архивов, в том числе Русского зарубежного исторического архива, созданного русскими эмигрантами в Праге и привезенного оттуда в СССР после окончания второй мировой войны, но около полувека закрытого для исследователей. Неоценимым источником стали также исторические собрания друзей, в которых зачастую находишь нужную книгу, лишь протянув руку к полке. С особым чувством эта работа ведется сейчас, когда тень гражданской войны вновь пугает Россию. Именно в наши дни нелишне вспомнить, какие беды несет братоубийственная война, в которой нет победителей... Я горячо благодарю историков: члена-корреспондента Российской академии наук Я.Н.Щапова, научного сотрудника Института военной истории А.И.Дерябина и заведующего отделом Артиллерийского музея П.К.Корнакова за профессиональную помощь, оказанную автору. Ниже предлагается несколько страниц из задуманной работы. Галлиполийский обелиск Подобный памятник стоял на Русском военном кладбище, неподалеку от турецкого городка Галлиполи.Этот памятник возвышается в центре участка, называемого Галлиполийским. Когда-то подобный памятник стоял неподалеку от Галлиполи — небольшого турецкого порта в Дарданеллах, где в ноябре 1920 года после эвакуации из Крыма, по распоряжению французского оккупационного командования, были размещены части Русской армии генерала Врангеля. Здоровье людей, высаженных в буквальном смысле на голом месте, было подорвано перенесенными тяготами — и на греческом кладбище вскоре стали появляться русские могилы. Их становилось все больше, и русских изгнанников начали хоронить на месте старого армянского кладбища, где, по преданию, хоронили пленных запорожских казаков и русских солдат Крымской войны. Здесь и образовалось Русское военное кладбище. У обитателей галлиполийского лагеря возникла мысль увековечить память своих соотечественников, умерших на чужбине. Решили соорудить памятник. Автором его проекта и одновременно строителем стал подпоручик Технического полка Н.Н.Акатьев. Для сооружения памятника по приказу генерала А.П.Кутепова, командира 1-го Армейского корпуса, в который были сведены русские части в галлиполийском лагере, каждый должен был принести хотя бы один камень. И потекла «бесконечная вереница людей, согнувшихся под своей добровольной ношей, в том числе седых стариков и малых детей, с тихими и серьезными лицами приходивших на кладбище», — вспоминал Николай Николаевич Акатьев. Было принесено 24 тысячи камней. Памятник, торжественно открытый 16 июля 1921 года, напоминал одновременно и древний курган, и шапку Мономаха, увенчанную крестом. На мраморной доске под двуглавым российским орлом было написано: «Упокой, Господи, души усопших. 1-й Корпус Русской Армии своим братьям-воинам, в борьбе за честь родины нашедшим вечный покой на чужбине в 1920-21 годах и в 1854-55 г.г., и памяти своих предков-запорожцев, умерших в турецком плену». Галлиполийский памятник был разрушен землетрясением 23 июля 1949 года. Его уменьшенную копию как дань памяти всем участникам Белого движения в России к сорокалетию со дня открытия было решено установить на русском кладбище Сент-Женевьев-де-Буа, где к тому времени нашли последний приют многие участники движения. И как когда-то камни, теперь — деньги на сооружение памятника были собраны русскими людьми, уже рассеянными по всему миру. Проект воссоздания Галлиполийского памятника безвозмездно делали супруги Бенуа: Альберт Александрович и Маргарита Александровна, ранее создавшие проекты Успенской церкви на этом же кладбище и храма-памятника под Реймсом в честь погибших во Франции в 1914-18 годах русских воинов. Памятник был открыт в воскресенье, 2 июля 1961 года в присутствии большого количества народа. На мраморной доске под двуглавым орлом была сделана новая надпись: «Памяти наших вождей и соратников». Другая мраморная доска с краткой историей памятника прикрывала замурованную нишу, куда были вложены списки «в рассеянии скончавшихся» участников Белого движения. А по восьмиугольному цоколю шли посвящения генералу Лавру Георгиевичу Корнилову и всем воинам корниловских частей — корниловцам, адмиралу Колчаку и всем морякам российским, генералу Маркову и марковцам, казакам, генералу Дроздовскому и дроздовцам, генералу Деникину и первым добровольцам, генералу Алексееву и алексеевцам, генералу Врангелю и чинам конницы и конной артиллерии... Ни один из вождей Белого движения, чье имя увековечено на памятнике, не нашел здесь своего последнего приюта. Большинство приняло смерть в России и осталось там без могил и крестов. Прах умершего в Екатеринодаре М.В.Алексеева удалось перевезти в Сербию, а уцелевшие А.И.Деникин и П.Н.Врангель оказались погребенными далеко от парижского кладбища, где одиноким стражем могил русских воинов возвышается Галлиполийский памятник. .........................................................................................................................................................

Ответов - 169, стр: 1 2 3 4 5 6 All

Сибор: Для меня главное - это фото, за что благодарю. А со многими датами.. та еще путаница

kerbyol: Уважаемый Сибор пишет : ЛИТВИНОВ Владимир Александрович, Ум. 17 апр. 1957 в Париже. (С.В. Волков) А на памятнике дата 16. 06. 1957 г. Звонила в мэрию, чтобы уточнить. Ответ : Дата смерти им неизвестна так как он не умер в самом городе. Известна только дата захоронения : 20.04.1957. Значит С.В. Волков наверное прав. Что касается его жены, дата тоже не правильно указана : погребена 26.01.1957. С уважением !

Сибор: kerbyol пишет: Звонила в мэрию, чтобы уточнить. Спасибо за Ваше время. Кто же "автор" дат на памятнике ? Тот, кто их хоронил ? Может, это Waldemar - третье захоронение ?

kerbyol: Уважаемый Сибор пишет : Кто же "автор" дат на памятнике ? Постараюсь узнать у местных похоронных фирм. С уважением !

Dirk: kerbyol пишет: Значит С.В. Волков наверное прав. Та же дата смерти 17.04.1957 - Бюллетень… 1957. № 83; Часовой. 1957. № 381. С. 19 (некролог).

Сибор: Dirk пишет: Та же дата смерти 17.04.1957 - Бюллетень… Что же означает дата на памятнике ?

kerbyol: КОРОСТОВЦЕВ Вячеслав Вадимович р. 3 фев. 1886 в Радоме. Из дворян, сын чиновника. Морской корпус 1907 (офицером с 1908). Старший лейтенант. В эмиграции во Франции, 1937 в Париже. Ум. 13 сен. 1960 в Париже. Жена Нина Сергеевна (Рышкова; р. 3 фев. 1902 – ум. 5 июня 1994). (С.В. Волков) РЫШКОВ Сергей Александрович (12 мая 1876 – 24 декабря 1950, Париж). Полковник артиллерии. С уважением !

Dirk: Спасибо! Маленькое уточнение из генеалогии Рышковых: жена: К. Нина Сергеевна (03.02.1902 - 05.06.1994), ур. Рышкова. Дочь Сергея Александровича Рышкова (‡С.-Петербург 12.5.1876, †Париж 24.12.1950), полковника артиллерии, участника Белого движения, и его первой жены (Мария Владимировна Споре. ‡С.-Петербург …1876, †С.-Петербург …1905, дочь отст. полк. арт. Вольдемара Оттовича С. (1838–1821) и Александры Александровны, ур. Сергеевой (1848–1922)). Погребена на Сент-Женевьев-де-Буа. Генеалогию Рышковых см.: Дворянский календарь. Тетрадь 1. СПб., 199..

Barbara EKB: Уважаемый Александров! Бруяк Борис Александрович - старший брат моего деда Бруяка Евгения Александровича.Буду Вам благодарна, если вы со мной свяжитесь. Мой e-mail: natbruyak@mail.ru

paprika545: В списке захороненных увидела три имени: Ишунин Василий Никитич, Ишунин Никита и Ишунина Анна Петровна. Как оказалось Никита Ишунин приходится мне прапрапрадедушкой!! Было написано, что ничего о них не известно. Скажите, информации о них совсем-совсем нету? Может хоть какие-то мелочи о них сохранились? Мне моя бабушка рассказывала, что возможно Василий Никитич Ишунин работал во Франции на заводе Рено. Был белым офицером. Отзовитесь, пожалуйста, кто располагает хоть какой-то информацией об эти людях , похороненных на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа! мой e-mail : sosa86@bk.ru

Dirk: Запись в третьем томе "Незабытых могил", С. 111 (курсивом выделены ссылки на сообщения о смерти, там теоретически может быть какая-то дополнительная информация): ИШУНИН Василий Никитич (1897 — 6 мая 1958, Париж). Похоронен 9 мая 1958 г. на кладбище в Сент-Женевьев-де-Буа. На надгробии изображен Андреевский флаг. Новое русское слово. — Нью-Йорк, 1958, 13 мая, № 16390. Русская мысль. — Париж, 1958, 10 мая, № 1210. ИШУНИН Леонид Иванович (? — 10 февр. 1965, Детройт, США). Капитан Русского корпуса. Часовой. — Париж — Брюссель, 1965, № 468.

illabes: Dirk, запись про Ишунина в Часовом в разделе "незабытые могилы" самая краткая: + 10-2 с.г. в Детройте, кап. Леонид Иванович Ишунин (Р.К.) Более никакой информации.

kerbyol: Еще несколько "морских" могил : Капитан 1-го ранга ЛЕНИН Анатолий Васильевич, Старший лейтенант САВИН Владимир Владимирович и его жена Ирина Альфредовна. Военно-морской лётчик РУМЯНЦЕВ Николай Васильевич, его жена РУМЯНЦЕВА (ур. ПРЕСТИНА) Раиса Георгиевна, ПРЕСТИНА Екатерина Максимовна Старший лейтенант ДЕМЕНКОВ Николай Дмитривевич, его мать ДЕМЕНКОВА Лидия Гавриловна Капитан 1-го ранга ЩЕРБАЧЕВ Николай Данилович, его жена ЩЕРБАЧЕВА (ур. ШОКАЛЬСКАЯ) Екатерина Юльевна, КАРТАШЕВА Мария, ПОПОВА Зинаида Вдова контр-адмирала РАЗВОЗОВА Александра Владимировича, РАЗВОЗОВА (ур. бар. фон дер ОСТЕН-ДРИЗЕН) Мария Александровна, её сын РАЗВОЗОВ Александр Александрович С уважением !

Сибор: За всё большое спасибо. За фото захоронения Румянцева - особо

МичманПК : А где же могила Натальи Михайловны Сиверс? Она же в Цусиму ходила.

kudinova1966: Здравствуйте уважаемые форумчане! Я уже долгое время пытаюсь розыскать информацию о предках моего мужа. Кое-что мне удалось собрать и понемногу восстановить родословную семьи Чухраевых и Поляковых. Меня интересуют: Чухраев Георгий Харлампиевич-род. 6 апр. 1896 в Новочеркасске Донской области. 1915 окончил Новочеркасскую казенную атамана графа Платова гимназию. Учился в Донском политех. институте (мелиорат. фак.). Выбыл по мобил. 1917 окончил 3–1 курс, мелиоративного фак-та. Награжден Георгиевским крестом 4 степени(Приказ ВВД от 04.03.1919 № 415).В 1920 г. с Русской морской эскадрой эмигрировал в Бизерту, там служил в гостинице. В конце 1923 приехал во Францию. /569–69/. Вместе с ним был его отец Чухраев Харлампий Матвеевич - род. 1864 в Новочеркасске. Закончил Новочеркасскую учительская семинарию 1883. В классном чине с 1895. Надворный советник канцелярии войскового атамана Донского казачьего войска.Состоял в Донской армии; с 23 мая 1918 столоначальник канцелярии Донского атамана.Эти данные я нашла и еще раз убедилось в достоверности фактов в книге С. Волкова Офицеры. Белое движение.Мне удалось составить хронологию карьерного роста Харлампия Матвеевича,даты рождения детей, родословную и генеалогическое древо его жены, в девичестве Поляковой Марии Павловны ( дочери надворного советника ОВД). Судьба сложилась так, что жена и дочери Харлампия Матвеевича были разбросаны друг от друга по всему бывшему Советскому Союзу. О судьбе мужчин так больше никто ничего не знает, мы не знаем как сложилась их жизнь в то страшное лихолетье. Огромная просьба, кто знает или видел информацию о Чухраевых сообщите по ikudinova@mail.ua Спасибо. Елена

Spanthout: Владимир Владимирович ДИТЕРИХС (3.VII.1891 – 28.XII.1951). Вып. МК-1911.

Dirk: Spanthout пишет: Владимир Владимирович ДИТЕРИХС (3.VII.1891 – 28.XII.1951). Вып. МК-1911. Вот фотографии немного получше. Апрель 2013 г.

Spanthout: Алексей Ильич ЛЕБЕДИНСКИЙ (5.X.1871 – 8.VIII.1936). Вып. МК-1892.



полная версия страницы